После почти пяти десятилетий миротворческих операций ООН на юге Ливана приближающийся конец полномочий Временных сил ООН в Ливане, ВСООНЛ (UNIFIL), вызывает вопросы о том, кто будет следить за границей, поддерживать ливанскую армию и помогать предотвратить новую войну между Израилем и «Хизбаллой».

Президент Ливана Жозеф Аун и король Иордании Абдалла II собираются присоединиться к президенту Франции Эммануэлю Макрону в Париже для переговоров о дальнейших действиях после почти полувека миротворческих усилий ООН на юге Ливана. Крайний срок быстро приближается. ВСООНЛ должны завершить обычные операции 31 декабря 2026 года, после чего последует упорядоченный вывод.

Франция и Италия в инициативном порядке работают над планами возможного многонационального преемника, а другие европейские страны выразили интерес к обучению и консультативной поддержке вооруженных сил Ливана. Тем временем официальный Бейрут предпринимает поздние попытки сохранить ВСООНЛ на месте немного дольше, предупреждая, что вывод сил в нынешних условиях может создать вакуум в сложившейся системе безопасности на юге страны.

Действительно, за достаточно большой срок работы ВСООНЛ стали частью ландшафта южной части Ливана. Их бронетехника проходит по дорогам через деревни близко к израильской границе, а базы разбросаны в районе, где Израиль, «Хизбалла» и собственно ливанское государство неоднократно конкурировали за безопасность и контроль.

Позволим себе небольшой исторический экскурс с обзором деятельности ВСООНЛ, чтобы разобраться в реальной необходимости их существования.

ВСООНЛ были созданы в 1978 г., после того как Израиль вторгся на юг Ливана под предлогом «предотвращения палестинских нападений». Их первоначальной миссией было подтвердить вывод войск Израиля, помочь восстановить мир и безопасность, а также оказать содействие ливанскому правительству в том, чтобы закрепить власть в регионе.

Роль сил значительно возросла после войны между Израилем и «Хизбаллой» в 2006 г. (Вторая ливанская война). Резолюция Совета Безопасности ООН 1701 призвала освободить территорию между «голубой линией» (является не границей, а временной линией вывода войск, установленной ООН в 2000 г. с практической целью подтверждения ухода израильских войск из Южного Ливана) и рекой Литани (эта территория временно патрулируется миротворцами) от вооруженного персонала и оружия, за исключением правительственных войск Ливана и собственно ВСООНЛ.

Но надо признать, что это никогда не происходило полностью. «Хизбалла» создала обширную военную инфраструктуру на юге Ливана в последующие годы, а Израиль неоднократно обвинял ВСООНЛ в неспособности воспрепятствовать поддерживаемой Ираном группировке укрепиться у границы.

Ответ ВСООНЛ заключается в том, что им никогда не поручали задачу насильственно разоружить «Хизбаллу». Это миротворческая сила, а не армия, предназначенная выполнять резолюцию 1701 «под дулом пистолета». Восстановление на юге государственной власти в конечном счете лежит на правительстве Ливана и его вооруженных силах. Это различие в подходах служит почвой для многих споров о работе ВСООНЛ.

Задачи миротворцев – патрулировать, наблюдать и документировать нарушения, поддерживая усилия ливанской армии. Они также обеспечивают международное присутствие на территориях, где Израиль, Ливан и «Хизбалла» могут дать разные версии одного и того же инцидента. У ВСООНЛ есть еще одна роль, которой уделяют меньше внимания. Израиль и Ливан не имеют дипломатических отношений и технически остаются в состоянии войны. Силы создали неофициальный канал, через который сообщения могут передаваться между двумя сторонами при росте напряжения.

Текущий конфликт сделал работу ВСООНЛ еще более сложной. По некоторым данным, более половины из почти 50 баз (около 7500 миротворцев) сейчас находятся на территории, контролируемой Израилем на юге Ливана. Миротворцы сопровождали гуманитарные конвои и помогали поддерживать доступ к сообществам, отрезанным из-за боевых действий. Они также способствовали доступу сотрудников ООН, расследующих возможные нарушения международного права. Сейчас это практически невозможно.

Так кто же будет выполнять подобные, уже сложившиеся десятилетиями функции на земле?

Совет Безопасности ожидает, что ливанское государство в конечном счете станет единственным «поставщиком» безопасности на юге. Большая часть этой ответственности легла бы на вооруженные силы Ливана. Но ливанская армия долгое время сталкивалась с нехваткой оборудования, ресурсов и финансирования. Также ее просят сделать нечто гораздо более политически чувствительное: установить государственную монополию на оружие. А это означает прямое столкновение с «Хизбаллой».

Президент Ливана Ж. Аун заявил, что «Хизбалла» в конечном счете должна быть разоружена, при этом ясно давая понять, что не хочет, чтобы этот процесс привел к внутреннему вооруженному конфликту. Израиль требует гарантий, что «Хизбалла» не восстановит военную инфраструктуру, которая позволила бы ей угрожать населению севера Израиля. А Бейрут, в свою очередь, настаивает, чтобы израильские войска сначала покинули ливанскую территорию.

Подписанное при посредничестве США в июне с.г. Трехстороннее рамочное соглашение (см. публикацию на Портале от 30.06.2026 г.) должно было связать постепенный вывод израильских войск с параллельным разоружением «Хизбаллы» и размещением ливанских войск на юге. Но процесс застопорился. ВСООНЛ готовятся к уходу, пока основной спор по вопросам безопасности остается нерешенным.

В складывающейся обстановке ряд европейских стран пытается оказать практическую помощь ливанскому правительству в разрешении внутреннего конфликта. Так, Франция и Италия разрабатывают планы на период после ВСООНЛ, включая возможное создание международной коалиции для поддержки ливанской армии. Более 10 стран Европейского союза проявили интерес к участию, хотя структура и мандат будущей миссии остаются неясными. Но контингент, который придет на смену Временным силам, не обязательно будет делать то, что они делают сейчас.

Например, учебная и консультативная миссия может не патрулировать Южный Ливан и не контролировать «голубую линию». Она может не расследовать нарушения и не предоставлять такой же механизм взаимодействия между Израилем и Ливаном. Ее персонал может иметь мало или вовсе не иметь полномочий реагировать, если столкнется с несанкционированным наличием оружия или боевыми группами «Хизбаллы». Укрепление ливанской армии – одна из задач. Миротворчество – другая.

Также есть вероятность, что ВСООНЛ останутся еще на короткий срок. Ливан лоббирует ограниченное продление после 31 декабря, и Франция поддерживает эту инициативу. Но информированные источники отметили, что добиться еще одной пролонгации от Совета Безопасности будет сложно, особенно учитывая позицию США и Израиля по прекращению миссии. Но даже без продления ВСООНЛ не исчезнут в полночь 31 декабря. Сначала завершатся рутинные операции, после чего последует упорядоченный вывод – как правило, в срок не более года.

Это дает Ливану и его международным партнерам еще некоторое время. Будет ли замена готова – это уже другой вопрос.

Главное требование Израиля (и это вполне логично), чтобы Южный Ливан больше не становился базой для нападений через границу. Более сложная проблема – сможет ли ливанская армия, поддерживаемая любыми международными соглашениями, добиться того, чего ВСООНЛ так и не смогли: сделать ливанское государство единственной вооруженной властью на юге и снизить вероятность того, что Израиль и «Хизбалла» вновь окажутся в состоянии войны.

Научно-аналитический портал "Восточная трибуна"