Б. Нетаньяху 17 августа с.г. принял в Иерусалиме сразу четырех гостей: спецпосланника президента США Дж. Кушнера, верховного представителя «Совета мира» по Газе Н. Младенова, бывшего премьер-министра Великобритании Т. Блэра и посла США в Израиле М. Хакаби. Разговор занял четыре часа, после чего Б. Нетаньяху и Дж. Кушнер провели еще около часа наедине. Неназванный представитель «Совета мира» описал агентству Reuters встречу как обстоятельную и очень продуктивную и сообщил, что с израильским премьером согласованы дальнейшие действия. Другой источник в разговоре с журналистом Associated Press отметил, что израильтяне дадут плану шанс, а дальше все зависит от готовности ХАМАС выполнять условия.

За дипломатическими формулировками, однако, скрывается результат, который трудно назвать прорывом. По словам израильского правительственного источника, стороны договорились, что ни передислокации ЦАХАЛ, ни восстановления сектора не будет до полного разоружения ХАМАС на всей территории Газы. Первым шагом должна стать передача движением всего арсенала командующему Международными силами стабилизации (МСС) – американскому генерал-майору Дж. Джефферсу.

Канцелярия премьер-министра Израиля по итогам переговоров сообщила о создании двух рабочих групп: по разоружению ХАМАС и по гуманитарному обеспечению населения, а также о том, что Израиль и «Совет мира» едины во мнении: разоружение и демилитаризация «должны быть осуществлены оперативно и завершены до начала какой-либо реконструкции в Газе».

«Дорожная карта», которая продержалась три дня

Чтобы оценить итоги нынешней встречи, необходимо вернуться к событиям 30 июля с.г. Поздно вечером Д. Трамп объявил в Truth Social о достигнутой договоренности по разоружению ХАМАС и остальных вооруженных группировок сектора, назвав ее историческим прорывом. Той же ночью представители США и «Совета мира» провели брифинг для журналистов, отметив, что Израиль сохраняет скептицизм и обязательств пока не принял. Сам текст появился в аккаунте совета в одной из соцсетей на следующее утро.

Документ получил название «Дорожная карта завершения реализации всеобъемлющего мирного плана президента Трампа в Газе» и состоял из 15 пунктов. Его автором выступил Н. Младенов. «Дорожная карта» описывала механику второй фазы двадцатипунктного плана, который лег в основу перемирия 9 октября 2025 г. и получил закрепление в резолюции Совета Безопасности ООН 2803 от 17 ноября 2025 г. Само перемирие закрепил Шарм-эш-Шейхский протокол – пакет договоренностей, согласованный при посредничестве США, Египта, Катара и Турции по итогам непрямых переговоров, начавшихся 6 октября 2025 г., и подтвержденный на саммите 13 октября 2025 г. Он предусматривал прекращение огня, обмен заложников на палестинских заключенных, отвод ЦАХАЛ за «желтую линию» и поставки в сектор не менее 400 грузовиков гуманитарной помощи в сутки.

Конструкция строилась на трех опорах: последовательность, взаимность, верификация. Н. Младенов сформулировал этот принцип еще на брифинге в Совбезе 21 мая с.г.: процесс не опирается на одни лишь обещания – обязательство одной стороны запускает обязательство другой, а Международный комитет по верификации (МКВ) подтверждает выполнение предыдущего этапа до перехода к следующему. Пункт 3 закрепляет подход прямо: продвижение определяется исполнением, а не календарем. На первом этапе ХАМАС и другие группировки передают все функции гражданского управления и безопасности Национальному комитету по управлению Газой (НКУ), стороны прекращают военные действия, а Израиль без промедления выполняет остающиеся обязательства по Шарм-эш-Шейхскому протоколу. На втором этапе, обозначенном как «Безопасность», палестинские группировки сдают вооружение НКУ, а израильская армия начинает поэтапный вывод войск.

Очередность прописана жестко. Демонтаж тяжелого вооружения, объектов военного производства, складов и туннельной сети начинается лишь после того, как выполнены три условия: закрыты остающиеся обязательства по Шарм-эш-Шейхскому протоколу, НКУ приступил к работе непосредственно в секторе Газа, МСС завершили развертывание. Административное управление процессом документ закрепляет за самим НКУ и отдельно оговаривает, что оружие не передается Израилю или иным непалестинским сторонам; наблюдение и верификацию ведет МКВ при поддержке МСС. Дальше включается принцип связки: изъятие арсенала идет во взаимной увязке с отводом израильских войск из контролируемых ими районов.

Несмотря на проработанность документа, дальше произошло то, что во многом объясняет нынешний тупик. Уже 3 августа с.г., через трое суток после публикации и сразу после встречи Н. Младенова с Б. Нетаньяху и его командой, «Совет мира» уточнил в одной из соцсетей: вопреки неточным сообщениям, отвод ЦАХАЛ за «желтую линию» состоится только по завершении сдачи оружия. Причем это в равной мере касается как легкого и тяжелого вооружения, так и туннелей. За неделю до того сам Н. Младенов утверждал обратное: уход израильских сил должен двигаться синхронно с изъятием арсенала.

Дело в том, что официальный документ допускает разночтения. В нем прямо не говорится, когда Израиль должен вывести войска – до, после или во время разоружения ХАМАС. Пункт 8 указывает, что процесс изъятия вооружения должен быть «связан» с поэтапным выводом израильских сил из занятых районов. Пункт 13 обязывает израильские войска завершить этот вывод по согласованному графику в соответствии с пунктом 8. Тринадцатый пункт отсылает к восьмому, а восьмой не устанавливает никакого временного порядка вовсе: глагол «связан» очередности не задает. Цепочка обрывается, не дойдя до ответа.

Другими словами, юридически не изменилось ничего, политически изменилось все: посредник публично принял одну из двух возможных трактовок собственного текста, причем совпадающую с позицией Израиля.

Реакция ХАМАС оказалась сдержанной и по-своему показательной. Движение заявило, что оно и другие вооруженные группировки сектора сохраняют приверженность «Дорожной карте», однако требуют от руководства «Совета мира» четкого и официального ответа о том, что именно было согласовано израильской стороной.

Институты, существующие на бумаге

Вторая фаза буксует не только из-за спора об очередности. Почти все органы, которым отведена роль исполнителей, до сих пор не заработали.

НКУ сформировали в январе, однако комитет не может приступить к выполнению своих функций непосредственно в секторе: Израиль не разрешает его членам въезд. Семь месяцев чиновники остаются в Каире, притом что объем закрепленных за ними «Дорожной картой» полномочий весьма широк.

С МСС картина похожая. 26 июля с.г. израильский кабинет утвердил правовые рамки для въезда ограниченного контингента численностью около 200 человек в гуманитарную зону в районе Рафаха; направить военных согласились Индонезия, Марокко, Казахстан, Косово и Албания. При этом каждое подразделение требует отдельного израильского одобрения. Развертывания так и не произошло, хотя 19 августа с.г. Вашингтон выделил на силы стабилизации первые 200 млн долл.

Хуже всего обстоит дело с третьим органом. МКВ не создан вовсе, хотя именно ему «Дорожная карта» отводит центральную роль: пункт 3 закрепляет за комитетом подтверждение выполнения обязательств при переходе от этапа к этапу, пункт 2 наделяет его правом продлевать четырнадцатидневный срок подготовки графика (там же зафиксированы и безусловные обязательства сторон по Шарм-эш-Шейхскому протоколу), пункты 8 и 10 предписывают МКВ удостоверять ход изъятия вооружения. Причина, по которой орган до сих пор отсутствует, – тот же конфликт интересов: Израиль возражает против участия Турции и Катара в составе комитета.

Именно эта пустота придает плану «Совета мира» неустойчивость и непостоянность, которая обнажилась 17 августа с.г. Договоренность о том, что надзор за уничтожением арсенала ХАМАС и других военизированных групп возьмет на себя американский генерал, снимает израильское возражение по составу МКВ, но снимает его радикальным способом, по сути отказываясь от первоначальной «Дорожной карты» и переписывая ее в угоду Тель-Авиву.

Мотивы сторон

Линия израильского кабинета после октября 2025 г. складывается в последовательность, которую трудно объяснить издержками переговорного процесса. Обязательства по Шарм-эш-Шейхскому протоколу остаются незакрытыми, удары по сектору наносятся регулярно. Существенно здесь то, что по букве самой «Дорожной карты» именно это блокирует переход к демонтажу арсенала (прекращение огня – первое из трех предварительных условий).

Позиция Б. Нетаньяху опирается не на юридическое прочтение документа, а на политическую интерпретацию, которую поддержал посредник, обязанный сохранять нейтральность. По существу, речь идет о требовании односторонней капитуляции: движение ХАМАС, сдавшее все вооружение, включая легкое, и туннельную сеть на всей территории сектора до вывода израильских войск, лишается любых средств обеспечения собственной безопасности. Полагаться ему пришлось бы на договоренности, гарантом которых выступает Вашингтон, – то есть на механизм, чья неработоспособность подтверждается всей динамикой с осени 2025 г.

27 октября с.г. в Израиле состоятся парламентские выборы. Б. Нетаньяху и правому флангу его коалиции нужно не мирное соглашение, а продолжение операции до заявленной полной победы над ХАМАС и закрепления контроля над сектором. Любое движение по пятнадцати пунктам накануне голосования читается коалиционными партнерами как отказ от объявленных целей войны. По сообщению CNN, на встрече 17 августа с.г. израильский премьер прямо указал Дж. Кушнеру на политические издержки продвижения по «Дорожной карте» в предвыборный период.

У ХАМАС пространства для маневра нет, и в Израиле это хорошо понимают. Требования, которые американская и израильская стороны доносят через «Совет мира», так или иначе придется выполнять. Реальный предмет торга сейчас – не сам факт разоружения, а его условия: сроки, очередность, объем гарантий по невозобновлению боевых действий. Единственный аргумент, которым движение располагает, – это издержки, которые понесет израильская сторона в случае нового наступления на сектор. Расчет строится на том, что эти издержки (военные, экономические и репутационные) в какой-то момент окажутся для Тель-Авива выше, чем выигрыш от продолжения операции.

Что дальше

У «Совета мира» есть главный структурный дефект: он одновременно посредник и сторона конфликта. Возглавляет его президент США – страны, выступающей ключевым военно-политическим союзником Израиля. При таком устройстве рассчитывать на непредвзятость не приходится.

На бумаге план совета по Газе выглядел убедительно. Но первых же консультаций с израильским правительством хватило, чтобы понять: видение Тель-Авива существенно расходится с базовыми тезисами урегулирования. Вместо поиска компромисса представители «Совета мира» подстроили собственную позицию под требования одного из участников конфликта. Посредник, меняющий трактовку соглашения вслед за более сильной стороной, перестает быть посредником и превращается в инструмент ее давления на слабейшую. Так и произошло.

Формально «Совет мира» продолжает работу, два института из трех числятся созданными, стороны подтверждают приверженность плану. Фактически же процесс, построенный на последовательности, взаимности и верификации, не располагает ни одним из трех элементов. Очередность оспаривается: документ не указывает, что чему предшествует, а посредник толкует эту неопределенность в пользу Израиля. Взаимность не соблюдается: обязательства пункта 2 сформулированы безусловно, но остаются невыполненными, тогда как ответных шагов от ХАМАС требуют уже сейчас. Верификация недостижима: МКВ не создан, а его учреждение зависит от согласия той самой стороны, чье исполнение обязательств он призван проверять.

Серьезного прорыва в ближайшее время ожидать не приходится. Вашингтону нужен осязаемый результат: Дж. Кушнер обозначил 30 дней до первых видимых передач оружия и 60–90 дней на ликвидацию туннелей. Однако крайне маловероятно, что ХАМАС на это пойдет. Без ответных шагов Израиля такая передача означала бы капитуляцию – тем более что оружие, согласно новой трактовке соглашения, поступает не палестинской стороне, а под контроль структуры во главе с американским генералом.

Таким образом, в ближайшей перспективе наиболее вероятно сохранение статус-кво при дальнейшем ухудшении гуманитарной обстановки – по крайней мере до парламентских выборов в Израиле. Однако каждая неделя простоя обесценивает сам формат урегулирования, и «Совет мира» рискует сохраниться как «декоративный» институт, утратив при этом функцию, ради которой создавался.

Научно-аналитический портал "Восточная трибуна"