Проблематика энергообеспечения и энергобезопасности традиционно занимает заметное место в повестке деятельности АСЕАН и ее диалоговых механизмов. Характерной особенностью энергетической карты организации является сильная мозаичность ресурсной базы государств-членов. В Индонезии, Вьетнаме и на Филиппинах ключевую роль в производстве электроэнергии играет уголь. В Сингапуре, Таиланде и Малайзии доминирует природный газ. В Лаосе, Камбодже и Мьянме большой генерирующий потенциал содержат водные артерии.

Располагая собственными месторождениями ископаемого топлива, некоторые страны АСЕАН одновременно являются его крупными импортерами. К числу уязвимых энергодефицитных звеньев организации могут быть отнесены Сингапур, Таиланд, Филиппины и Вьетнам. В свою очередь, экспортерами энергоносителей являются Бруней (нефть и СПГ) и Малайзия (нефть и природный газ), а Лаос продает гидроэлектроэнергию.

По данным Международного энергетического агентства, более половины импорта сырой нефти в Ассоциацию приходится на страны Ближнего Востока – ОАЭ, Саудовскую Аравию, Катар и Кувейт. Ведущими поставщиками СПГ являются Катар, Австралия и Россия. Уголь завозят из Российской Федерации и Австралии. Всего за счет внешних источников покрывается до 55% потребности в сырой нефти, около 30% потребности в природном газе (в ближайшем будущем Ассоциация превратится в его чистого импортера) и до 20% – в угле.

Краткий очерк состояния энергобаланса АСЕАН был бы неполон без констатации наличия в регионе хорошего потенциала для декарбонизации и развития возобновляемых источников энергии (ВИЭ) – солнечной, геотермальной, ветровой, энергии биомассы и уже упоминавшейся гидроэнергетики. В последние годы растет интерес к атомной энергетике.

Крепнущий запрос на повышение энерговооруженности и увеличение производства электроэнергии для растущей экономики, с одной стороны, а также сохраняющаяся геополитическая напряженность в Европе, Латинской Америке и Персидском заливе, подрывающая предсказуемость поставок энергоносителей в государства АСЕАН, помноженная на реалии складывания нового хозяйственного уклада (с опорой на искусственный интеллект, квантовые вычисления и новые источники энергии), с другой, заставляют организацию корректировать энергостратегию с акцентом на обеспечение энергонезависимости и минимизацию возможностей для принуждения со стороны внешних игроков.

Именно этой теме и было в основном посвящено состоявшееся в Маниле (Филиппины сейчас председательствуют в АСЕАН) 7 октября с.г. 44-е совещание министров энергетики АСЕАН, а также сопутствующие министерские конференции в формате «АСЕАН плюс три» (КНР, Япония, Южная Корея) и ВАС (Восточноазиатский саммит; участвуют 11 стран организации, Россия, Австралия, Новая Зеландия, США, Япония, Южная Корея, Индия и Китай).

Автор не видит необходимости пересказывать все содержание их итоговых документов – совместных заявлений. Они доступны в открытом пространстве. Скорее он попробует обратить внимание на главное в его глазах: на каких путях видит Ассоциация выход из тупика моноцентризма и фрагментации, куда ее подталкивают бывшие метрополии, пользуясь политической, экономической, технологической и особенно энергетической уязвимостью.

По мнению пишущего эти строки, сердцевинным для общеасеановского подхода, невзирая на отдельные различия в оттенках, является стремление к созданию широкого регионального (да и глобального) пространства мира и сотрудничества, опирающегося на асеаноцентричные структуры. Участники этого пространства объявляют о приверженности региональной энергобезопасности на основе взаимодействия и взаимосвязанности. Они подчеркивают значение бесперебойных поставок энергоносителей путем сохранения открытыми цепочек поставок и беспрепятственной навигации в международных проливах (скажем, Ормузском, Баб-эль-Мандебском, Малаккском и др.). Расчет на то, что атмосфера стабильности и открытости купирует, если не перекроет вовсе, «окна» для произвола и манипуляций интересами членов Ассоциации.

Следующий тезис, который сразу обращает на себя внимание, – это единодушный настрой организации на консолидацию региональной общности в качестве необходимой предпосылки для сохранения групповой идентичности и продолжения поступательного движения к интеграционным целям. Сплочение и единство АСЕАН видятся ее участникам как гарантия выживания в нынешнем турбулентном мире. В энергетическом преломлении в итоговые документы записана нацеленность на сложение потенциалов и активизацию работы вместе с внешними диалоговыми партнерами над объединяющими «одиннадцать» проектами, такими как Единая энергосистема АСЕАН (ASEAN Power Grid – APG) и Трансасеановский газопровод (Trans-ASEAN Gas Pipeline – TAGP), и, конечно, над обеспечением скорейшего вступления в силу Рамочного соглашения АСЕАН о нефтяной безопасности (ASEAN Petroleum Security Agreement – APSA), которое содержит условия оказания экстренной помощи нуждающимся в случае возникновения перебоев с поставками энергоносителей. В самостоятельное направление коллективного сотрудничества выделены договоренности о торговле электроэнергией (гидроэнергетика) между Лаосом, Таиландом, Малайзией и Сингапуром, а также между Брунеем, Индонезией, Малайзией и Филиппинами (смешанные, в основном возобновляемые источники энергии). С одной стороны, это прообраз уже упоминавшейся единой энергосистемы, а с другой – шаг в направлении складывания асеановского энергорынка с наработкой полезной практики ценообразования. Разумеется, эти масштабные замыслы нуждаются в прочной плановой, финансовой и регулятивной основе, что также зафиксировано в качестве совместных целей.

И наконец, последнее – по порядку, но не по важности. Высказавшись за плавный и управляемый энергопереход, когда нефть, природный газ и СПГ продолжат играть важную роль в энергобезопасности региона, государства АСЕАН подтвердили стремление к декарбонизации и всемерному увеличению доли возобновляемых источников энергии в странах-участницах. Это, как предполагается, даст возможность продвинуться к большей независимости и защищенности в условиях плохо предсказуемой обстановки в традиционных нефтегазоносных районах.

Отдельно в контексте сотрудничества с Японией и Южной Кореей и встык с проблематикой ВИЭ прописана перспектива становления атомной энергетики. Для убедительности приводятся следующие цифры. Ожидается, что к 2060 г. энергопотребление в странах Ассоциации увеличится в четыре раза. Появятся принципиально новые потребители, такие как дата-центры. Чтобы идти в ногу с растущими потребностями, странам АСЕАН придется ежегодно вкладывать в развитие энергетики не менее 400 млрд долл. США. При этом Ассоциация установила следующие промежуточные цели к 2030 г.: доля возобновляемой энергии в общем первичном энергоснабжении региона должна составить 30%, а доля «зеленых» электростанций в ЮВА должна к этому времени достичь 45%.

Вывод напрашивается сам собой. Не только политическая ориентация, но и реальная энергетическая практика АСЕАН подтверждают ее нацеленность на многосторонность, самостоятельность и инклюзивность в вопросах обеспечения политико-экономической безопасности и устойчивого развития. При этом в мироощущении группировки доминирует взвешенный и эволюционный подход, понимание приоритетности опоры на ресурс региональной общности. Вместе взятое, это упрочивает положение организации в рядах Глобального Юга, создает хорошие предпосылки для налаживания с Ассоциацией межплатформенного взаимодействия и продвижения долгосрочных и многомерных партнерских отношений в энергетической сфере с заинтересованными сторонами.

 Р. Петров – эксперт Научно-аналитического портала «Восточная трибуна»