Прошлое и настоящее любой страны и любого народа, большого или малого, заслуживают внимания и уважения. Несомненно, не является исключением и крохотный Сингапур – китайский этнический анклав в Юго-Восточной Азии, где автору когда-то, в веке минувшем и в веке нынешнем, довелось бывать. Хотел бы кратко поделиться с читателями некоторыми возникшими на этой почве размышлениями, не претендуя ни в коей мере на то, чтобы придать им характер мемуаристики, которая является совершенно особым жанром.

Сингапур впервые упоминается в китайских хрониках в III веке н.э. В средние века он был частью султаната Джохор. Английская колонизация острова началась с 1819 г. с высадки на его берегах сэра Стэмфорда Раффлза, памятник которому по сей день украшает центральный викторианский квартал города – Паданг, претендующий на статус объекта всемирного наследия ЮНЕСКО. За годы колониального существования остров из наркопритона, прибежища пиратов и контрабандистов постепенно превратился в опорную военно-морскую базу Великобритании – своего рода «непотопляемый авианосец», контролирующий ключевые азиатские коммуникации, – важнейший пункт перевалочной торговли, оформившийся вокруг крупного морского порта, и центр производства олова и каучука.

Независимое существование Сингапура берет отсчет в 1965 г. от выхода из Федерации Малайзии (остров оттуда, по сути, вытолкали из-за китайской доминанты в его населении), когда крохотная, с площадью всего 700 кв. км (одна треть Большой Москвы) и 2 млн жителей, страна перешла в самостоятельный полет. Таким образом, как признают сами сингапурские руководители, «практически лишенное ресурсов и иных средств к существованию государство, отмеченное лишь маленькой красной точкой на карте и обязанное своим появлением чистой случайности, стало предметом предопределения свыше. Его дальнейшая история носит характер чуда…» Не оспаривая этой точки зрения, можем предположить, что были и другие причины, сделавшие возможным превращение Сингапура в исторически короткие сроки в одно из самых развитых государств мира с подушевым доходом примерно 100 тыс. долл. США, являющееся предметом восхищения и объектом подражания для многих. Одной из таких причин, несомненно, стала умелая эксплуатация правящими кругами острова тотальной зависимости от британских колонизаторов, других стран Запада и созданного ими политико-экономического уклада в интересах максимизации разного рода выгод и получения статуса государства-порученца по делам их интересов в ЮВА.

Сделав это немаловажное уточнение, можем открыть перечень других слагаемых сингапурского успеха. Начать, пожалуй, стоит с преемственности и последовательности руководства с хорошо отлаженным механизмом передачи власти. Еще первый премьер-министр и основатель сингапурской государственности Ли Куан Ю взял курс на модернизацию страны с использованием ее транспортно-логистических и финансовых (положение в Малаккском проливе, британское право, близость к лондонскому Сити) возможностей. Его наследники – Го Чок Тонг, Ли Сянь Лун (сын первого премьера) и нынешний лидер Лоуренс Вонг (имеет за плечами опыт работы в инвестиционном банкинге в США) – продолжают эту линию, настойчиво добиваясь обеспечения политической стабильности, межэтнического и межконфессионального согласия, которые необходимы для формирования мирного окружения, развития широких прагматичных международных партнерств и притока в страну иностранных инвестиций и технологий. От первого до нынешнего, четвертого поколения руководителей когда-то избранный курс с поправкой на колебания в среде обитания остается неизменным.

Вряд ли это было бы возможным вне рамок устойчивой и управляемой политической системы, в которой прочное ведущее место занимает основанная Ли Куан Ю и находящаяся во власти непрерывно с 1965 г. Партия народного действия (ПНД). Партия является правоцентристской. Ее политика сочетает социальный консерватизм и экономический либерализм, широко пропагандируемую приверженность нормам социальной справедливости с ангажированностью принципами свободного рынка (минимум налогов и тарифов, ограничение государственных расходов и вмешательства истеблишмента в экономику). Высокая отмобилизованность, умелая адресная работа с населением, жесткое, с использованием всего административного ресурса противодействие оппозиции помогли ПНД пройти непростой рубеж ухода с политической авансцены клана Ли (в последние годы его буквально раздирали семейные неурядицы и конфликты между братьями и сестрами) и победить на всеобщих выборах 2025 г., завоевав устойчивое большинство в парламенте (87 мест из 99).

Хорошим подспорьем внутренней политике сингапурского руководства служит его внешнеполитическая деятельность. Островное государство является членом ООН и номинально поддерживает укрепление ее центрального места в международных делах, как торговая нация выступает в защиту многосторонней торговой системы с притяжением к ВТО, было одним из основателей АСЕАН и продолжает декларировать приверженность ее идеалам, принимает самое деятельное участие в работе АРФ, ВАС, АТЭС, АРСИО, ВПТТП, других форматах региональной интеграции. Впрочем, если абстрагироваться от упражнений во фразеологии, то в практической деятельности сингапурской дипломатии традиционно просматриваются прозападные нотки. Это касается как глобальной, так и региональной повестки, кризисных событий в Европе и конфликта в Персидском заливе, будущего регионального устройства в Азии и на Тихом океане и перспективы его натоизации.

Политические предпосылки создали условия для экономического рывка. За совсем немногие прошедшие после обретения независимости годы Сингапур из подсобной хозяйственной территории Британской империи превратился в передовое государство. Страна входит в число 30 крупнейших экономик мира по номинальному ВВП (около 660 млрд долл. США) и занимает лидирующие позиции по уровню ВВП на душу населения (более 100 тыс. долл. США). Темпы роста в текущем году прогнозируются на уровне 3,5%. Объем внешней торговли превышает 1 трлн долл. США (около 170% национального ВВП) при незначительном отрицательном сальдо. Основные статьи экспорта – электроника и электрооборудование, машины, нефтепродукты и химическая продукция, фармацевтика. В импорте тоже доминирует высокотехнологичная номенклатура: электротехническое оборудование, машины (включая компьютеры), оптические приборы.

Ключом к прорыву стало продуманное экономическое регулирование, или своего рода продвинутая «бизнес-модель», острова. Она предполагает последовательность и нацеленность на развитие частной инициативы; ориентацию на экспорт и участие в международном разделении труда; стремление к реализации конкурентных преимуществ и продвижение тех отраслей, которые их имеют (сфера услуг, образование, банковский сектор, транспорт, связь, точное машиностроение и приборостроение); привлечение иностранных капиталовложений; гибкую налоговую политику и др. В настоящий момент руководство страны занято поиском места в формирующемся новом хозяйственном укладе, трансформацией города-государства в инновационный наукоград, переводом экономики на рельсы цифровизации и искусственного интеллекта с переходом на зеленую энергетику. Под эти задачи подводится правовая основа, модернизируется политика в сфере занятости. Принимаются целенаправленные меры по привлечению кадров высшей квалификации из-за рубежа, которые включают в себя высокие зарплаты и оптимизацию экологии обитания. Импортируются лабораторные комплексы, что призвано восполнить дефицит собственной исследовательской базы. Оцифровываются, роботизируются, автоматизируются и насыщаются искусственным интеллектом порт и аэропорт с целью ускорения обработки пассажиропотоков и грузов и снижения конкурентного воздействия других перевалочных узлов, количество которых растет день ото дня. В контексте создания общеасеановской энергосистемы запускаются программы импорта чистой энергии с объектов гидро-, солнечной и ветровой энергетики сопредельных государств. Из оборота выводится вся трудоемкая товарная номенклатура, освобождая место продукции интеллектуальной экономики. Для вредных малоквалифицированных работ резервируются трудовые мигранты. Дисциплинированность и самоотдача китайского большинства населения могут служить залогом успеха модернизационных проектов.

Совершенно самостоятельным аспектом сингапурского экономического чуда является жесткая антикоррупционная политика правительства. Она распространяется на всех, касается как высших эшелонов власти, так и деловых кругов. Автор был свидетелем того, как за необъявленные доходы своего места лишился министр транспорта, а за дачу взяток за решетку угодил владелец крупного холдинга по торговле недвижимостью. С созданием атмосферы неприятия коррупции тесно смыкается и поддержание мощным правоохранительным аппаратом порядка и спокойствия в обществе, что также в целом отвечает интересам поступательного роста.

Как и следовало ожидать, строительство экономического процветания на базе западной модели и глубокая интеграция в соответствующие политические и экономические построения влекут за собой определенные издержки. Это выражается в подыгрывании интересам Вашингтона и его союзников на дипломатическом фланге, снисходительном и доходящем до сервильности отношении к милитаризации и натоизации АТР, готовности принять участие в перевооружении Европы (в это собирается вкладывать средства сингапурская военно-промышленная группа «Сингапур Текнолоджиз» – ST), нежелании замечать новые международные реалии (во всяком случае, до самого недавнего времени слово «БРИКС» было в Сингапуре табу) с неизбежными негативными последствиями для обстановки в ЮВА. Жестко до жестокого подавляются любые оппозиционные настроения, а случаи упрямства и неповиновения караются хорошо оркестрованными судебными делами, увольнениями, изгнаниями из парламента. За отдельные преступления применяется смертная казнь через повешение. Стоит напомнить, что в силе остается и пресловутый закон о внутренней безопасности, который позволяет властям задерживать несогласных на неограниченный срок без суда и следствия. Растущая социальная дифференциация, обострение проблем молодежи, особенно – безработицы, получают реакцию в виде подачек и незначительных социальных выплат, но никак не коренных решений. Этот перечень можно продолжить. Но дело не в проблемах как таковых. У кого их нет, скажет читатель. Дело в ответе на простой вопрос: в какой мере эти проблемы соответствуют изначальному замыслу отцов-основателей Сингапура и не слишком ли высока цена, которую приходится платить за сверкающую витрину процветания? Ответ может дать только население острова.

 Р. Петров – эксперт Научно-аналитического портала «Восточная трибуна»