Научно-аналитический портал, открывающий доступ к уникальным историческим и религиозно-философским материалам, а также посвященный политическим, экономическим, научным и культурным аспектам жизни государств Азии, Ближнего Востока и Африки
19 ноября 2026
Источник изображения: Al Jazeera
Тема:
Страна:
В ходе визита президента Сирии Ахмада аш-Шараа в столицу Саудовской Аравии 4 ноября с.г. между Дамаском и Эр-Риядом было подписано соглашение о военном сотрудничестве. Уже через несколько дней в ряде СМИ появились сообщения о возможной отправке сирийских военнослужащих в Королевство на фоне обострения военно-политической обстановки в Йемене.
По информации агентства Ассошиэйтед Пресс, Дамаск готовился направить около 600 военнослужащих специальных подразделений в Саудовскую Аравию для размещения вблизи йеменской границы и возможного участия в борьбе против хуситов. Однако 9 ноября с.г. министр иностранных дел Сирии Асаад аш-Шайбани заявил, что сирийских войск на территории Йемена нет и их отправка в ближайшее время не планируется. При этом его заявление не исключало возможности размещения сирийских военнослужащих непосредственно на территории Саудовской Аравии.
Интересы Эр-Рияда: военная необходимость
Заинтересованность Эр-Рияда в возможном привлечении сирийских военнослужащих обусловлена прежде всего осложнением военно-политической обстановки вокруг Йемена. С лета текущего года движение «Ансаралла» активизировало ракетные удары и атаки беспилотников по объектам на территории Саудовской Аравии. В середине ноября наступление хуситов вдоль побережья Красного моря вынудило поддерживаемые Эр-Риядом йеменские силы отступить с позиций в районе Баб-эль-Мандебского пролива и сосредоточить усилия на обороне Адена. В этих условиях укрепление позиций союзных йеменских формирований и сдерживание дальнейшего продвижения хуситов приобретают для Саудовской Аравии особое значение. Возможное привлечение сирийских военнослужащих может рассматриваться как один из инструментов решения этих задач.
На первый взгляд заинтересованность Эр-Рияда в сирийской военной помощи может показаться несколько неожиданной, учитывая значительное военно-техническое превосходство Саудовской Аравии. Королевство располагает современной авиацией, бронетехникой и средствами противовоздушной обороны. Однако ценность сирийского участия может заключаться не столько в технических возможностях, сколько в боевом опыте личного состава. За годы внутреннего вооруженного конфликта представители сирийских формирований приобрели навыки ведения боевых действий небольшими подразделениями, применения беспилотных летательных аппаратов и противостояния более технически оснащенному противнику. Подобный опыт потенциально может быть востребован при подготовке союзных Эр-Рияду йеменских сил.
По данным того же Ассошиэйтед Пресс, саудовская сторона также выдвинула требование, согласно которому предполагаемый сирийский контингент должен состоять исключительно из граждан САР. Подобное условие связано со спецификой формирования новых сирийских вооруженных сил, в состав которых после свержения правительства Б. Асада были включены представители различных вооруженных группировок, в том числе иностранные боевики. Для Эр-Рияда их возможное присутствие на территории Королевства сопряжено с дополнительными рисками безопасности и политическими издержками. Поэтому требование о сирийском гражданстве можно рассматривать как попытку исключить участие иностранных радикальных элементов и обеспечить более предсказуемый характер военного сотрудничества с Дамаском.
Расчеты Дамаска: восстановление через внешнеполитическую «полезность»
Новое сирийское руководство стремится восстановить государственные институты и укрепить международные позиции страны. Решение этих задач требует значительных финансовых ресурсов и поддержки влиятельных внешнеполитических партнеров. Саудовская Аравия способна содействовать достижению обеих целей, предоставляя Дамаску экономическую помощь и дипломатическую поддержку.
Экономическая заинтересованность сирийской стороны представляется вполне очевидной. В 2025 г. Всемирный банк оценил затраты на восстановление разрушенных физических активов Сирии примерно в 216 млрд долларов. В ходе визита А. аш-Шараа в Эр-Рияд 4 ноября с.г. Саудовский фонд развития заключил шесть соглашений о предоставлении льготных кредитов на общую сумму более 403 млн долларов. Средства предполагается направить на реализацию проектов в сфере энергетики, водоснабжения, здравоохранения, жилищного строительства, инфраструктуры и цифровизации.
Примечательно, что договоренности о военном сотрудничестве и предоставлении финансовой помощи были достигнуты в рамках одного визита. Подобная последовательность событий позволяет выдвинуть предположение о наличии взаимосвязи между расширением военно-политического взаимодействия и экономической поддержкой Дамаска. В этом контексте возможное привлечение сирийских военнослужащих может рассматриваться как элемент более широкого политического обмена, условно описываемого формулой «войска в обмен на инвестиции».
При таком подходе военное сотрудничество приобретает для сирийского руководства значение не только с точки зрения безопасности, но и как средство достижения более широких внешнеполитических и экономических целей.
Вместе с тем масштабы возможного сотрудничества ограничиваются внутренними потребностями самой Сирии. Процесс интеграции бывших вооруженных формирований в единую армию еще не завершен, а создание централизованной системы военного управления сопровождается сохраняющимися противоречиями и очагами нестабильности (связанными прежде всего с друзами и курдами). В подобных условиях отправка подготовленных подразделений за рубеж может создать дополнительную нагрузку на сирийские вооруженные силы и осложнить решение задач по обеспечению безопасности внутри страны.
Региональные последствия и новые возможности и риски
Возможное участие сирийских военнослужащих в обеспечении безопасности Саудовской Аравии необходимо рассматривать в более широком контексте трансформации региональной системы безопасности. Речь может идти не только об укреплении двусторонних отношений, но и о постепенном включении Дамаска в формирующиеся военно-политические объединения. Примечательно, что еще 31 октября с.г. министр иностранных дел Сирии Асаад аш-Шайбани сообщил о ведущихся консультациях относительно возможного присоединения страны к Мекканскому оборонному соглашению, заключенному в августе между Саудовской Аравией, Турцией и Пакистаном.
Для Дамаска участие в подобном объединении могло бы стать дополнительным инструментом укрепления международных позиций и получения внешних гарантий безопасности. В то же время присоединение к оборонному соглашению неизбежно поставит вопрос о характере обязательств Сирии перед другими участниками. В частности, сирийскому руководству придется учитывать возможность возникновения ситуаций, при которых интересы партнеров будут расходиться с собственными приоритетами Дамаска. При этом само по себе членство в оборонном объединении не предполагает автоматического участия в любых военных операциях его участников.
Особого внимания заслуживает позиция Турции, которая остается одним из ключевых внешнеполитических партнеров нового сирийского руководства. Учитывая участие Анкары в Мекканском оборонном соглашении, расширение взаимодействия Дамаска и Эр-Рияда может способствовать развитию трехстороннего сотрудничества. Однако интересы Турции и Саудовской Аравии совпадают далеко не по всем региональным вопросам. Поэтому для сирийского руководства принципиальное значение будет иметь сохранение баланса между отношениями с двумя влиятельными партнерами.
Не менее важен и иранский фактор. Возможное участие сирийских военнослужащих в противостоянии с хуситами, пользующимися поддержкой Тегерана, может быть воспринято иранским руководством как свидетельство дальнейшего сближения Дамаска с региональными конкурентами Исламской Республики. В этом случае военно-политическое сотрудничество Сирии с Саудовской Аравией приобретет дополнительное измерение, выходящее за рамки двусторонних отношений. Вместе с тем ограниченное участие сирийских специалистов в подготовке военнослужащих на территории Королевства едва ли будет иметь те же политические последствия, что и непосредственное вступление сирийских подразделений в боевые действия в Йемене.
Таким образом, возможная отправка сирийских военнослужащих в Саудовскую Аравию отражает более широкие изменения во внешнеполитической стратегии Дамаска. Новое сирийское руководство стремится не только преодолеть последствия международной изоляции, но и закрепить за страной роль активного участника региональных процессов. Однако расширение военно-политического сотрудничества с Эр-Риядом сопряжено с определенными рисками. Если ограниченное присутствие сирийских специалистов на территории Королевства может принести Дамаску политические и экономические дивиденды, то непосредственное участие в йеменском конфликте способно поставить перед ним новые вызовы. В этих условиях ключевым вопросом становится способность сирийского руководства использовать сближение с Саудовской Аравией для укрепления собственных позиций, не принимая на себя чрезмерных военно-политических обязательств.
Научно-аналитический портал "Восточная трибуна"