В феврале Реджеп Тайип Эрдоган подписал указы, закрепившие кадровое обновление турецкого кабинета министров. Генеральный прокурор Стамбула Акин Гурлек был назначен министром юстиции, а экс-губернатор Эрзурума Мустафа Чифтчи занял кресло министра внутренних дел. Слухи о том, что грядут определенные рокировки в высших эшелонах власти, витали давно, однако обнародованные решения турецкого президента все равно вызвали резонанс, поскольку, по единогласному мнению обозревателей, закрепили позиции «ястребов» в политической элите республики.

Турецкие СМИ со ссылкой на анонимные источники в правящей Партии справедливости и развития (ПСР) отмечают, что такой шаг направлен на снижение растущего недовольства консервативного крыла партии. Мол, реакция руководства страны на события в секторе Газа кажется особенно религиозным кругам в составе ПСР недостаточной и даже в чем-то подрывающей курс на солидарность с «братьями по вере». В этой связи выбор М. Чифтчи, который известен как «хафиз» (человек, знающий Коран наизусть), судя по всему, был стратегически обусловлен стремлением успокоить единомышленников и сохранить их поддержку.

Назначение же А. Гурлека расценивается многими как вознаграждение за его «успехи в интересах ПСР» на предыдущем посту. В частности, он известен тем, что председательствовал на ряде самых резонансных судебных процессов в стране, в том числе по делу бывшего мэра Стамбула Э. Имамоглу и некоторым громким коррупционным делам. Политики от главной оппозиционной Народно-республиканской партии (НРП) уже давно называют А. Гурлека «мобильной гильотиной» за его склонность выносить исключительно суровые приговоры политикам и журналистам, выступающим против Р.Т. Эрдогана. Поэтому неудивительно, что глава кемалистов О. Озель после объявления о министерском назначении заявил, что партию ждут «более сложные времена». Подтверждение этого не заставило себя ждать: в первый же день оглашения указа в Стамбуле за пост в социальных сетях с критикой А. Гурлека арестован лидер местного отделения молодежного крыла НРП Р. Йылдыз.

Анкара официально никак не прокомментировала причину замены двух действующих министров, однако нельзя не отметить, что эти изменения произошли в период, когда все более актуализируется вопрос о президентской гонке. Хотя выборы намечены на 2028 г., электоральный забег, кажется, обещает быть на длинную дистанцию, поскольку ажиотаж вокруг потенциальных кандидатур и споры относительно благоприятной обстановки для тех или иных политических сил разгораются уже сейчас.

На этом фоне отдельные турецкие эксперты не исключают, что перестановки в кабинете министров Турции осуществлены с целью подготовки почвы для плавной «передачи власти» Р.Т. Эрдогана своему сыну Н.Б. Эрдогану. Они отмечают, что, судя по профессиональному опыту и высокой степени лояльности вновь назначенных лиц, их выбрали не за компетентность в вопросах управления, а «за доказанную готовность использовать государственные институты против политических оппонентов, в первую очередь против НРП». Укрепляя контроль над министерствами юстиции и внутренних дел, турецкий президент тем самым усиливает свою власть над механизмами, которые контролируют выборный процесс, правоохранительные органы и судопроизводство. Таким образом, он не просто управляет страной, обладая почти безграничным властным инструментарием, но и формирует условия, в которых будет определяться его преемник.

В рамках этого нарратива обозревателями проводится мысль, что новые назначения могут свидетельствовать о стремлении турецкого лидера окружить сына «друзьями семьи», которые будут на его стороне. Известно, что А. Гурлек допрашивал и привлекал к ответственности влиятельных лиц, связанных с ПСР, однако всегда старался не затрагивать Н.Б. Эрдогана и его интересы в частном секторе. В этом отношении в турецких экспертных кругах озвучивается предположение, что, если усугубится внутрипартийная напряженность или отдельные сильные политики (например, министр иностранных дел Х. Фидан) начнут представлять угрозу в предвыборной гонке, Н.Б. Эрдоган сможет рассчитывать на лояльную судебную систему, которая обеспечит преследование его соперников вне зависимости от партийной принадлежности. М. Чифтчи, в свою очередь, долгое время был связан с «Фондом турецкой молодежи» (TUGVA) – исламистской неправительственной организацией, в совет директоров которой входит сын турецкого президента. За новым министром внутренних дел закрепился образ более жесткого человека по сравнению с его предшественником, а потому, как считают оппозиционные критики, «цена сопротивления авторитарной воле Эрдогана, скорее всего, будет расти».

Такие рассуждения не новы. Еще в 2023 г. в открытой печати указывалось на то, что назначение А. Гюлера, который был членом правления Фонда стрельбы из лука (любимый проект Эрдогана-сына), главой парламентской фракции ПСР, по-видимому, соответствует плану президента по возможной передаче власти. В схожем ключе некоторые западные мозговые центры писали и о главе турецкой разведки И. Калыне, являющимся дальним родственником по материнской линии Н.Б. Эрдогана.

Некоторые предсказывают, что сын турецкого лидера может занять место главы ПСР уже в этом году. В данном случае, в зависимости от эффективности институционального давления на оппозиционеров, Р.Т. Эрдоган имеет шансы создать условия для контролируемой передачи власти. Однако такой исход в конечном счете зависит от сроков проведения выборов. В настоящее время ни действующий президент, ни его правящая коалиция не склонны к досрочному варианту. Недовольство населения, вызванное в основном ухудшением экономической ситуации в Турции, помноженное на региональную геополитическую турбулентность, снижает популярность ПСР и превращает раннюю электоральную гонку в политически рискованный вариант.

Таким образом, свершившиеся правительственные перестановки не похожи на рядовую ротацию и едва ли ознаменуют новые направления во внутренней политике республики. Скорее, они напоминают «игру вдолгую», нацеленную на укрепление существующего политического фундамента правительства, и призваны сформировать некую «подушку безопасности» для ныне правящей турецкой элиты.

Научно-аналитический портал "Восточная трибуна"