Как известно, в текущем году истекают сроки действия большинства крупных энергетических контрактов Турции. Речь, в частности, идет о соглашении с «Газпромом» о поставках по газопроводам «Голубой поток» и «Турецкий поток», которое было продлено по инициативе турецкой государственной компании Botaş всего на один год, а также о договоренностях с Национальной иранской нефтяной компанией на поставку 9,6 млрд кубометров газа в год.

На этом фоне обострились дискуссии о возрастании фактора СПГ в энергетическом балансе Турции. Структурная трансформация турецкого рынка природного газа за последнее десятилетие стала своеобразным ответом на геополитическую и коммерческую уязвимость, характерную для страны в начале XXI века. Традиционно Турция почти на сто процентов импортирует потребляемый природный газ. При этом оппозиция активно критикует установившуюся зависимость Турецкой Республики от технически нестабильных поставок из Ирана и политически чувствительных контрактов с Россией, что подрывает сложившуюся модель, ориентированную на трубопроводы.

В 2017 г. была принята Национальная энергетическая и горнодобывающая политика, согласно целям которой Турция должна превратиться в «гибкого регионального игрока, опирающегося на принцип диверсификации». Эта трансформация, по замыслу разработчиков программного документа, будет реализовываться за счет активного наращивания мощностей по хранению и регазификации сжиженного природного газа. Ключевым элементом такого подхода является использование плавучих установок, которые должны позволить Турции в достаточно короткие сроки нарастить суточную пропускную способность сверх пиковых показателей. Промежуточным результатом стало то, что за последние восемь лет объем регазификации в стране уже увеличился в пять раз, составив более 150 млн кубометров.

При перечислении функционирующих СПГ-терминалов особого внимания заслуживают следующие. Комплекс Marmara Ereğlisi, введенный в эксплуатацию в 1994 г., является основным поставщиком сжиженного природного газа для промышленных зон Стамбула и соседних со столичной конгломерацией районов на северном побережье Мраморного моря с самым высоким в стране уровнем потребления электроэнергии и газа. Промышленные зоны Эгейского региона снабжаются за счет работы терминалов EgeGaz и Etki Liman, управляемых частными компаниями. Примечательно, что последний был введен в эксплуатацию в конце 2016 г. и на фоне драматичного ухудшения российско-турецких отношений позиционировался в экспертных кругах как своеобразная демонстрация того, насколько быстро Турция готова переориентироваться и действовать в рамках курса на диверсификацию. Наряду с Etkin Liman среди других плавучих хранилищ СПГ следует отметить Ertuğrul Gazi, построенное в 2021 г. недалеко от сирийской границы за счет южнокорейских инвестиций и играющее важную роль в обеспечении энергетической безопасности южных и юго-восточных районов Турции. В контексте логистического встраивания в европейские маршруты значима плавучая установка Saros, расположенная недалеко от точек подключения к греческой и болгарской газотранспортным сетям. Эта близость делает ее ключевым звеном в экспортных сделках Турции по поставкам газа на Балканы.

Кроме того, существенно возросло количество контрактов на поставку СПГ. Только за последние два года турецкая сторона подписала соответствующие соглашения с компаниями Омана, США, Великобритании, Франции, Швейцарии, Германии, Японии, Норвегии, Италии и Австралии. Планируется также расширение подземных хранилищ газа, которые необходимы для регулирования сезонных колебаний спроса и предложения при низких спотовых ценах летом и для использования в периоды пикового спроса зимой. К уже имеющимся относятся Silivri и Tuz Gölü. Согласно плану министерства энергетики, к 2028 г. намечено увеличить объем хранилищ до 20% от годового потребления, что соответствует целевым показателям Европейского союза в области энергетической безопасности.

Наконец, общий контекст дискуссий о СПГ не был бы полным без упоминания газового месторождения Sakarya в западной части Черного моря, открытие которого в 2020 г. коренным образом изменило долгосрочный энергетический баланс Турции. Его запасы, первоначально оцененные в 540 млрд кубометров, а после дополнительной оценки увеличенные до 710 млрд кубометров, гарантируют запуск крупнейшей промышленной инициативы в истории страны. Разработка данного месторождения – это сверхглубоководный проект (более 2000 метров), требующий применения передовых инженерных решений и масштабных капиталовложений. При определяющем участии европейских компаний на текущем этапе происходит бурение скважин и проектирование подводных систем добычи. Генеральная цель – к 2028 г. выйти на уровень добычи в 15 млрд кубометров в год. При таком раскладе месторождение Sakarya обеспечит примерно 25–30% текущего внутреннего потребления Турции и позволит республике сократить ежегодные расходы на импорт газа на миллиарды долларов, что, в свою очередь, повлечет тотальную перекалибровку трансрегиональных энергетических потоков, затрагивающих прежде всего интересы России и Ирана.

В целом, развивая направление СПГ в структуре энергетического профиля, Турция движется к тому, чтобы стать (а по некоторым западным оценкам, уже стала) незаменимым звеном в архитектуре энергетической безопасности Европы. Как метафорически оценивают аналитики американского Атлантического совета: «Турецкий хаб – это уже не мечта, а физическая реальность, определяемая стальными трубами, плавучими терминалами и обязательными к исполнению контрактами». В то же время даже они признают, что Турция, желая сохранить диверсификацию портфеля импорта, не станет резко сворачивать истекающие соглашения, которые все еще закрывают подавляющую часть ее потребностей в газе. Со своей стороны добавим, что такая тактика отвечает и турецким геополитическим интересам балансирования между разными игроками на мировой арене, поскольку позволяет через экономические проекты поддерживать базу конструктивного сотрудничества с крупными незападными акторами.

Научно-аналитический портал "Восточная трибуна"