За последние несколько лет искусственный интеллект перестал быть узкоспециализированной технологической темой и превратился в инфраструктурный фактор, влияющий на организацию учебного процесса, исследовательскую работу и управление университетами. Однако скорость распространения ИИ заметно опережает способность вузов выстраивать правила его использования. Для университетов Азии и Африки это особенно чувствительно: здесь цифровая трансформация накладывается на дефицит ресурсов, неравномерный доступ к инфраструктуре и слабую институциональную регуляцию. ИИ в университетах Азии и Африки развивается по модели асимметричной цифровизации: технологии распространяются быстрее, чем институты и инфраструктура.

Показателен масштаб уже сложившейся практики. По данным глобального опроса ЮНЕСКО 2025 г., проведенного среди 400 учреждений из 90 стран, девять из десяти респондентов используют ИИ в профессиональной деятельности, прежде всего для исследований и подготовки текстов. Почти половина опрошенных применяет его и в преподавании: для планирования занятий, проверки работ и выявления заимствований. Это означает, что вопрос сегодня заключается уже не в том, внедрять ли ИИ, а в том, как институционально оформить его использование и снизить связанные с ним риски.

На этом фоне особенно заметен разрыв между практикой и нормативным оформлением. Только 19% вузов уже имеют официальный документ, регулирующий использование ИИ, а еще 42% находятся на стадии его разработки. Иными словами, формализация правил отстает от реального распространения технологии. Региональные различия при этом существенны: если в Европе и Северной Америке соответствующие документы уже есть или разрабатываются примерно в 70% вузов, то в Азиатско‑Тихоокеанском регионе и Тропической Африке – лишь в 15% и 10% соответственно. Это указывает не только на неравенство в темпах цифровой адаптации, но и на различия в управленческой готовности к технологическим изменениям (т. е. на структурное расхождение в типах управления: от проактивного регулирования к реактивному). Иными словами, университеты региона не столько внедряют ИИ, сколько догоняют последствия его фактического применения.

Содержательно ключевая проблема связана не только с непосредственным использованием ИИ, но и с отсутствием единых критериев оценки его допустимости. Преподаватели вынуждены самостоятельно решать, считать ли текст, созданный с участием генеративной модели, плагиатом, а также определять, как оценивать смешанные формы студенческой работы и где проходит граница между приемлемой помощью и подменой авторства. Каждый четвертый участник опроса ЮНЕСКО сообщил, что его вуз уже сталкивался с этическими проблемами, связанными с ИИ. Это показывает, что университеты реагируют на последствия технологии только после того, как она начинает массово использоваться, а не заранее.

Африканский контекст особенно ясно демонстрирует, что вопрос ИИ нельзя рассматривать отдельно от базовой цифровой среды. Исследование, проведенное при участии Международного центра инноваций в высшем образовании под эгидой ЮНЕСКО и Международного института ЮНЕСКО по развитию потенциала в Африке, охватило высшие учебные заведения пяти субрегионов Тропической и Северной Африки и выявило выраженный разрыв между формальными намерениями и реальными возможностями. Стратегии цифровой трансформации декларируют 88% университетов в англоязычных регионах и 79% во франкоязычных, но это не всегда означает наличие работающей инфраструктуры. Чаще речь идет о документах общего характера, а не о практических механизмах внедрения.

Это различие хорошо видно по конкретным сервисам. Онлайн-выбор курсов доступен лишь в 63% англоязычных и 32% франкоязычных вузов, а цифровые службы поддержки студентов – только в 35–37% учреждений обеих групп. Аналогичная картина наблюдается в доступе к информационным ресурсам: электронные книги есть в 67% библиотек англоязычных вузов против 34% франкоязычных, академические журналы – в 62% против 37%, базы данных – в 58% против 31%. Следовательно, различие между регионами заключается не только в уровне цифровизации, но и в качестве условий для исследовательской и учебной работы. В совокупности это указывает на то, что ИИ внедряется поверх незавершенной цифровой трансформации, а не как ее логическое продолжение.

Использование ИИ в университетах Африки также носит иерархический характер. Студенты применяют такие инструменты заметно чаще, чем преподаватели и администрация: в англоязычных вузах ИИ используют 69% студентов, 50% преподавателей и 39% учреждений на институциональном уровне; во франкоязычных – 64%, 44% и 26% соответственно. Это говорит о том, что внедрение ИИ происходит снизу, через индивидуальные практики, тогда как управленческие структуры остаются в позиции догоняющих. При этом официальные документы, регулирующие ИИ, есть лишь у 6–21% вузов, а главным ограничением респонденты называют нехватку инфраструктуры – от пропускной способности сети до базового оборудования.

Дополнительный смысл этой картины дает сопоставление с глобальными ожиданиями. По данным Программы развития ООН, 2025 г. показал устойчивый, но осторожный оптимизм по отношению к ИИ: около пятой части опрошенных уже используют такие инструменты в работе, образовании или здравоохранении, 64% ожидают роста производительности, а 60% – положительного влияния на занятость. Для университетов это означает увеличение спроса на ИИ-компетенции, но одновременно и усиление необходимости в этической и социальной регуляции. Иначе говоря, общественные ожидания создают давление на систему высшего образования, даже если сама система еще не готова к полноценной интеграции технологии.

Особенно важно, что оптимизм по отношению к ИИ часто выше в странах с низким и средним индексом человеческого развития, куда входят многие государства Африки и часть Азии. Это создает парадокс: ожидания растут быстрее, чем фактический доступ к технологии. В такой ситуации университеты оказываются не только потребителями ИИ, но и ключевыми институтами, через которые формируются цифровые навыки, социальные представления о технологии и допустимых границах ее использования.

Таким образом, данные ЮНЕСКО, региональные исследования и глобальные опросы указывают на одну общую закономерность: университеты Африки и Азии уже включены в повседневную работу с ИИ, но институциональные механизмы регулирования отстают от практики. Это подсказывает два варианта развития событий. С одной стороны, ИИ может стать инструментом расширения доступа к образованию и усиления исследовательского потенциала. С другой – при слабой инфраструктуре и реактивной политике он способен закрепить существующее неравенство, усилив разрыв между теми, кто может пользоваться технологией, и теми, кто остается вне ее действия. Для университетов региона поэтому важен не сам факт внедрения ИИ, а качество его осмысления. Речь идет о разработке собственных правил, критериев оценки, этических рамок и инфраструктурных решений, соответствующих местным условиям. В противном случае технологическая модернизация будет носить поверхностный характер и закреплять существующее неравенство вместо того, чтобы его сокращать.

Научно-аналитический портал "Восточная трибуна"