В феврале 2025 г. президент Демократической Республики Конго Ф. Чисекеди направил Д. Трампу письмо, в котором предложил американским компаниям доступ к редкоземельным металлам на востоке страны. Взамен он просил о помощи в борьбе с повстанческой группировкой «Движение 23 марта» (М23), которую поддерживает Руанда. Восточные провинции, охваченные боевыми действиями (Северное и Южное Киву), обладают крупнейшими в мире запасами колтана, который незаменим для электроники. Также там добываются золото, вольфрам и олово. Щедрость конголезцев, а заодно и парадокс предложения заключается в том, что правительство фактически утратило контроль над этими регионами.

«Движение 23 марта» защищает права этнического меньшинства тутси, составляющего всего 1% населения ДРК. Большинство бежало от геноцида 1994 г. в соседней Руанде, который устроили представители народа хуту. Ситуация осложняется тем, что участники массовых расправ, опасаясь мести, тоже ушли на восток Конго. Сложилась ситуация, в которой на территории сопредельного государства в качестве беженцев оказались как жертвы, так и их палачи.

Несмотря на геноцид, тутси удалось захватить власть в Руанде, после чего они стали преследовать своих противников за пределами страны. Под предлогом обеспечения безопасности и борьбы с группировками радикалов хуту руандийская армия приняла активное участие в первой и второй конголезских войнах 1995–2003 гг. (считаются самым массовым конфликтом после Второй мировой войны по количеству жертв). В результате руандийцы получили контроль над восточными районами страны через свои прокси, очередной итерацией которых является группировка М23. Текущая фаза боевых действий, ведущихся с 2022 г. по настоящее время, является третьим этапом войны.

Асимметричность конфликта по-особому проявляется в масштабе участников: ДРК в 90 раз превосходит Руанду по площади и в восемь раз по численности населения. Однако это не конвертируется в военную эффективность. По данным американского аналитического центра ACLED, в М23 состоит всего 10 тыс. человек, из них 4–6 тыс. – кадровые военнослужащие армии Руанды. В зоне конфликта им противостоят до 60 тыс. конголезских солдат и ополченцев, подготовку которых осуществляет группа румынских инструкторов, и контингент миротворцев ООН миссии MONUSCO (около 10 тыс. человек). Несмотря на численное превосходство, правительственным войскам не удалось предотвратить переход большей части провинций Северное и Южное Киву в руки повстанцев.

Причиной провала считается массовая коррупция в командовании конголезской армии, что приводит к перебоям снабжения на фронте, многомесячной невыплате жалования военным и, как следствие, к низкой организации и падению боевого духа. Солдаты, озабоченные поиском средств к существованию, самовольно устанавливают блокпосты для взимания платы за проезд или занимаются мародерством. В случае боестолкновения они предпочитают оставлять позиции или ведут беспорядочный огонь до истощения скудного боезапаса, после чего спешно отходят в тыл или попадают в плен. Имеет место подкуп конголезских военачальников с использованием средств от эксплуатации занятых повстанцами шахт.

На контрасте с войсками ДРК отряды М23 представляют собой высокоорганизованную военную силу. Им удалось выстроить надежную фортификацию и систему снабжения в занятых районах, а также наладить добычу и доставку полезных ископаемых в Руанду. В обратном направлении на фронт идет руандийская легковооруженная пехота и военная техника. В частности, в зоне конфликта были замечены китайские самоходные ЗРК «Type 92 Yitian», что затрудняет применение авиации. Повстанцев сложно отличить от руандийских кадровых военных, ведь они получают одинаковую экипировку и снабжение, а командование и координация осуществляются их же разведкой. Высочайший по африканским меркам уровень организации позволяет M23 проводить масштабные операции, важнейшей из которых считается взятие столицы провинции Северное Киву – Гомы.

Гома является городом-миллионником на побережье озера Киву. Это крупнейшая конгломерация на востоке ДРК, и операция по ее захвату потребовала высокого профессионализма. В январе 2025 г. силы М23 окружили город, после чего его снабжение оставалось возможным только по воде. Численность защитников составляла 18 тыс. конголезских военнослужащих, 1300 миротворцев ООН (с мандатом, позволяющим применять оружие) и около 400 румынских инструкторов, готовых вступить в бой и координировавших обороняющихся, используя беспилотники. Наступающие силы повстанцев отличались меньшей численностью (около 8 тыс. человек), но компенсировали это продуманной тактикой. Основное наступление велось с запада и было дополнено десантной операцией со стороны озера и атакой через труднопроходимые джунгли на севере, что позволило обойти основные укрепления и заставило многочисленный гарнизон капитулировать. Румынские наемники были отправлены на родину транзитом через руандийскую столицу – Кигали. Установление контроля над городом открыло кратчайший путь для перевозки в Руанду полезных ископаемых, добываемых в зоне конфликта.

Удивительно, что при своей малочисленности М23 представляет собой очень эффективного вооруженного негосударственного актора, способного не только захватить одни из наиболее ресурсно-обеспеченных регионов страны, но и успешно управлять ими. Они поставили под контроль кустарную добычу полезных ископаемых и значительно оптимизировали логистику, сократив дорогу от рудников до границы в три раза после захвата Гомы. Согласно данным ООН, доходы М23 от продажи колтана составили 800 млн долл. за первые восемь месяцев 2024 г. Учитывая значительное расширение зоны контроля с того момента и экспорт других металлов (золото, вольфрам, олово), финансовые поступления могут превышать 2 млрд долл. в год.

Этих денег более чем достаточно для военных операций и администрирования занятых регионов, а главным бенефициаром такой экономики является Руанда. Она экспортирует ресурсы под своей маркировкой в основном в Китай с дисконтом до 40%. Эти доходы формируют важную часть руандийского экономического чуда: с 2022 г. по 2025 г. экономика росла на 8–9% в год и темпы увеличивались. Такие показатели полностью окупают издержки на ведение войны на территории ДРК в прокси форме.

Пользуясь вакуумом безопасности на востоке соседнего государства, руандийцы безнаказанно разграбляют его ресурсы на миллиарды долларов. Осознав, что попытки решить проблему в военной плоскости приводят лишь к очередным поражениям, конголезцы решили обратиться к американцам за миротворческими услугами. Несмотря на то, что дипломатическое урегулирование и разного рода посредничество в течение последних 30 лет так и не привели к устойчивому миру, администрация Д. Трампа способствовала проведению переговоров между лидерами враждующих сторон.

Их результатом стало подписание 4 декабря 2025 г. «Вашингтонского соглашения о мире и процветании». Достигнута договоренность о прекращении огня, разоружении негосударственных формирований, а также о развитии экономической интеграции. Теоретически это соглашение призвано восстановить территориальную целостность ДРК и частично легализовать доходы руандийцев на территории страны. Д. Трамп объявил, что это уже восьмая война, завершенная при его посредничестве, и подписал соглашение о сотрудничестве с Конго. Оно предоставляет США доступ к минеральным ресурсам республики. Взамен американцы подписали меморандум о партнерстве в области безопасности, призванный укрепить переговорные позиции ДРК.

Однако шагов, сделанных в сторону деэскалации, оказалось недостаточно. В начале марта текущего года все еще шли бои с применением тяжелой техники. Министр финансов США С. Бессент, действуя в логике подписанных соглашений, обвинил Руанду в продолжении участия в конфликте и ввел санкции против высшего военного руководства руандийской армии.

Несмотря на американское давление и обвинение в систематическом нарушении прав человека, руандийцы не спешат выводить войска и разоружать прокси. В свою очередь, власти ДРК не стремились к деэскалации в последние месяцы, пытаясь перейти в наземное контрнаступление с применением дронов, будучи уверенными в поддержке США. В условиях отвлечения американцев на войну с Ираном руандийцам будет проще игнорировать санкции и продолжать эксплуатацию чужих ресурсов. Дальнейшие события покажут, поможет ли американская военная и дипломатическая поддержка восстановить контроль ДРК над утраченными регионами.

Научно-аналитический портал "Восточная трибуна"