Становление многополярного мира и сопутствующее изменение международных отношений повлекли за собой неоднозначные последствия, подталкивая основных мировых игроков корректировать не только глобальную, но и региональную политику.

Зоной подобных перемен, где бывшие метрополии во главе с Вашингтоном играют ощутимую деструктивную роль, стали, в частности, Юго-Восточная Азия и регион АСЕАН. Пытаясь удержать ведущие позиции, западные державы идут на создание дестабилизирующих альянсов – от AUKUS (трёхсторонний пакт, заключённый между США, Великобританией и Австралией) до многочисленных широких союзов. В целом то же предназначение имеет и QUAD – четырёхсторонний диалог по безопасности в ИТР, объединяющий США, Японию, Австралию и Индию. То выдвигаясь на передний план, то отступая на второй, эти коалиции никуда не исчезают и остаются главным средством для продвижения интересов упомянутых государств, которые прикрывают свои цели соответствующей тому или иному моменту фразеологией.

В опоре на эти структуры происходит разогрев политической ситуации в регионе и приток в него всё более опасных вооружений. Ну а несогласных могут ожидать санкции и иные неприятности.

Прочное лидерство на данном направлении сохраняют за собой США, чья новейшая стратегия национальной безопасности взяла курс на восстановление американского верховенства в Азии и индо-тихоокеанской зоне («ИТР» в капитолийской терминологии), оттеснение Китая (и России) с пути поступательного развития с перекладыванием экономического бремени решения данной задачи на плечи союзников, в том числе через увеличение военных расходов с 2 до 5 процентов ВВП с приоритетом продаж производимых в Соединенных Штатах вооружений и военной техники.

Последствия разыгрывания подобного сценария выражаются в бесконечных интригах в сфере военно-технического сотрудничества США со странами ЮВА. Ненамного отстают от Вашингтона и его европейские партнеры, почувствовавшие возможности, которые создает атмосфера беспокойства и неопределенности как в мире в целом, так и в АТР в частности.

Результаты не замедлили сказаться. Так, за последние два десятилетия совокупные военные расходы государств АСЕАН увеличились в два с половиной раза и стремятся к 50 млрд долл. Лидерство по темпам их роста удерживают за собой Сингапур, Филиппины, Индонезия, Вьетнам, Камбоджа и Таиланд. Среди продукции, пользующейся особенным спросом, – боевые самолеты, надводные корабли и подводные лодки, дроны разных типов, средства ПВО, ракеты «земля – земля», бронетехника, средства связи и др. Внушительный перечень… Заметим, что в условиях недобросовестной конкуренции и санкционных ограничений это может негативно сказаться на ходе военно-технического сотрудничества России со странами Ассоциации.

По данным Стокгольмского международного института исследований проблем мира (СИПРИ), среди поставщиков вооружений и военной техники (ВиВТ) на ведущие позиции вышли США, Франция, Германия, Южная Корея, Великобритания, Швеция, Нидерланды, Испания, Италия, Израиль. Обращает на себя внимание заметная военно-техническая активность Анкары (поставки радаров, систем управления огнем, систем радиоэлектронной борьбы и ракет различных типов), которая на фоне толков о складывании исламского треугольника в составе Турции, Пакистана и Саудовской Аравии заслуживает самого пристального внимания. В итоге количество боевых платформ, состоящих на вооружении в государствах АСЕАН, увеличилось почти на 40%.

В качестве отправной точки переговоров продавцы частенько используют тезисы о китайской (с привязкой к территориально-политическим трениям в Южно-Китайском море) и российской (отсылая к событиям на Украине) военной угрозе.

В то же время возросшая турбулентность в международных отношениях, эрозия союзных обязательств, растущая неопределенность и непредсказуемость побуждают государства АСЕАН искать иные точки опоры, нащупывать свое место в формирующемся многополярном мире. Речь, в частности, может идти о все более очевидном стремлении «десятки» не только закупать вооружения, но и обрести определенную военно-экономическую самостоятельность, что предполагает развитие национальных военно-промышленных комплексов на принципах минимальной достаточности с выходом на региональную (в пределах группировки) кооперацию в целях экономии средств и обеспечения совместимости вооружений.

Есть свидетельства, что в деле становления собственных ОПК члены АСЕАН достигли определенных успехов, хотя их уровень и масштабы заметно различаются от страны к стране. Картина выглядит примерно следующим образом.

Сингапур – обладатель одного из наиболее продвинутых ВПК в ЮВА. Крупнейший игрок – государственный холдинг ST Engineering. Специализируется на производстве стрелковых вооружений и гранатометов, артиллерии и боеприпасов, бронемашин, патрульных катеров, электронного оборудования. Новое направление деятельности – разработка подводных беспилотных аппаратов совместно с Израилем.

ОПК Филиппин – в стадии развития. Собственные производственные мощности пока ограничены. Тем не менее в 2023 г. получила одобрение рассчитанная на 10 лет программа «Re-Horizon 3» стоимостью 35 млрд долл., которая будет ориентирована на укрепление национальных возможностей в области управления, наблюдения, связи, разведки, сбора и обработки данных.

ОПК Индонезии развивается в рамках долгосрочной стратегии, нацеленной на превращение республики в значимого военно-экономического игрока. Включает целый ряд государственных предприятий, наиболее крупные из которых объединены в холдинг BUMN Industri Pertahanan и специализируются на производстве ВиВТ для разных видов и родов войск: Dirgantara Indonesia – изготавливает вооружение для ВВС, PAL Indonesia – снабжает ВМС, Pindad – обеспечивает сухопутные силы, Len Industri – выпускает военную электронику.

ОПК Таиланда – сложный конгломерат государственных и частных предприятий. Производится стрелковое вооружение и боеприпасы, бронетехника (легкие БТР), артсистемы, малые корабли и катера, средства связи и РЭБ, оптоэлектронные системы, отдельные авиакомпоненты.

В стадии активного развития находится ОПК Малайзии. Упор делается на постепенное замещение иностранных технологий и создание собственных производств, например беспилотных аппаратов (Composite Technology Research Malaysia – CTRM), бронемашин (DRB-HICOM Defense Technologies – DEFTECH), боевых кораблей малого класса (Penang Shipbuilding & Construction – PSC-ND), боевых лазеров, пассивных радиолокационных систем. Конечная цель – выход, насколько возможно, из технологической зависимости от поставщиков.

Развитый характер имеет ОПК Вьетнама. Предприятия отрасли состоят в государственной собственности. Среди наиболее крупных можно упомянуть: Vietnam Military Telecommunications Group (Viettel Group) – специализируется на производстве систем управления, связи и разведки; оборонный завод А32 – выпускает аэрокосмическую продукцию; верфи Ba Son; оборонные предприятия Z114, Z113 и Z111 – изготавливают стрелковое вооружение и боеприпасы. В «Белой книге» по обороне Вьетнама в числе приоритетов развития отрасли упоминаются высокие технологии, искусственный интеллект, цифровизация и производство беспилотных систем. Цель – к 2030 г. сделать национальную военную промышленность конкурентоспособной на международном рынке и интегрировать её в глобальные цепочки поставок.

ОПК Мьянмы – государственная структура, которая занимается производством вооружений и военного снаряжения для нужд национальной армии. В систему входят 13 крупных оборонных предприятий, которые выпускают около 70 видов продукции для сухопутных войск, ВВС и ВМС, в том числе легкое стрелковое вооружение (автоматы, пулеметы, пистолеты-пулемёты), средства войсковой ПВО, авиационные боеприпасы, противотанковые средства, противопехотные мины, ракеты.

ОПК Лаоса, Камбоджи, Брунея и Восточного Тимора пока развиты слабо и переживают период интенсивного становления.

В целом складывается впечатление о наличии неплохих заделов для наращивания внутрирегионального сотрудничества, что поможет становлению собственно асеановской оборонно-промышленной индустрии. Как представляется, подобный расклад благоприятствует созданию в системе диалоговых партнерств Ассоциации экспертной площадки по обмену опытом развития национальных ОПК, ее работа может проходить в форме совместных военных учений и иных мероприятий, подобных встречам по подготовке ежегодных обзоров в области безопасности. Это начинание могло бы помочь укрепить независимое положение АСЕАН в меняющемся региональном пространстве как одной из опор стабильности в Азии и на Тихом океане и утвердить новую евразийскую концепцию безопасности.

Р.Петров – эксперт Научно-аналитического портала «Восточная трибуна»