Проблематика оборонной политики и модернизации вооруженных сил всегда была в поле пристального внимания индийского руководства, традиционно озабоченного военно-политическим соперничеством с Пакистаном, которое протекает на фоне многочисленных внутриполитических вызовов, сохраняющейся межконфессиональной и межэтнической напряженности, тлеющих сепаратистских движений, дилемм, создаваемых регионализмом и др.

Заметно возросшая в последнее время турбулентность в международной обстановке, ухудшение геополитической среды, вызванное в первую очередь американо-израильской агрессией против Ирана, появление на ближайшей периферии страны новых, пусть и размытых, межгосударственных объединений, таких как Турция – Пакистан – Саудовская Аравия с неопределенной перспективой, а также стремительное возрастание влияния Китая, неуклонно наращивающего потенциал вооруженных сил с целью, как убеждены в Нью-Дели, сдерживания поступательного развития и повышения авторитета Индии, добавили остроты и неотложности развитию её военного строительства.

Череда этих событий побудила военно-политическое руководство страны пересмотреть ряд констатаций, заложенных в основу Стратегии национальной обороны Индии (2019) и Доктрины объединенных вооруженных сил Индии (2017), а также серию отраслевых программ. Потребовалось скорректировать представления с учетом опыта американо-израильских ударов по Ирану в июне 2025 г. и феврале 2026 г., а также боевых действий в ходе операции «Синдур» в мае 2025 г., имевшей целью уничтожение террористической инфраструктуры Пакистана в ответ на теракт в индийском Пахалгаме в апреле того же года. Определенное влияние на движение мысли индийских стратегов оказывает и протекание конфликта на Украине. Во главу угла была поставлена необходимость повышения оперативности реагирования на возникающие угрозы и предотвращения технологического отставания ввиду появления новых средств уничтожения.

Результатом этих воздействий стало рождение разработанной генеральным штабом Концепции развития вооруженных сил Индии до 2047 г., которую 10 марта с. г. анонсировал министр обороны Р. Сингх. Она предусматривает создание к столетию обретения страной независимости современных, мощных, оснащенных самым передовым вооружением ВС, опирающихся на собственную военно-промышленную и технологическую базу, способных дать отпор любому противнику и решать задачи, вытекающие из стремления Индии к обретению статуса великой глобальной державы (концепция «Виксит Бхарат – 2047»).

Документ носит закрытый характер, но презентация министра и сопутствующие публикации проливают некоторый свет на его содержание.

Концепция, в частности, предусматривает переход рубежа традиционных методов ведения войны и включение в понятие безопасности и оборонное планирование возможностей, создаваемых такими средствами, как искусственный интеллект, беспилотные системы, кибернетические инструменты и космические платформы.

Реализация программы делится на три этапа. Первый, переходный, рассчитанный до 2030 г., предусматривает необходимые организационные и структурные преобразования, связанные с переводом ВС на иную оперативно-стратегическую и технологическую основы. Второй этап, консолидирующий, будет охватывать 2030–2040 гг. и подразумевает полную интеграцию кибернетического и космического командований с переводом управления войсками на цифровые рельсы. И, наконец, заключительный, третий, этап, охватывающий 2040–2047 гг. и называемый также этапом совершенства, выводит вооруженные силы на самый передовой мировой уровень, наделяя их способностью ведения многосферных операций.

По мнению авторитетного индийского военного аналитика, сотрудника ведущего политологического центра Delhi Policy Group, генерал-лейтенанта Д. С. Худы, ключевыми для достижения поставленных целей являются вопросы:

- согласованности действий между видами войск – армией, авиацией и флотом;

- импортозамещения и создания продвинутого национального оборонно-промышленного комплекса, чтобы сократить зависимость от внешних источников вооружений и военной техники;

- формирования сил по работе с данными, сил беспилотных аппаратов, сил когнитивной войны и оборонного геопространственного агентства.

Многое в успехе начинания будет, подчеркивает Д. С. Худа, зависеть от политической воли и наличия соответствующего финансирования, которые нужны для того, чтобы планы «не остались на бумаге», а ВС Индии были в состоянии не только защищать национальную территорию, но и проецировать её интересы как великой державы. Для этого, в частности, потребуется активизировать военную дипломатию, создать развитую сеть глобальных партнерств и укрепить региональную безопасность.

В порядке дополнения или материально-технического обоснования Концепции развития вооруженных сил до 2047 г. Конфедерация индийской промышленности во взаимодействии с истеблишментом и известной международной консалтинговой фирмой KMPG (штаб-квартира находится в Лондоне) разработала собственный план «Видение индийского оборонно-промышленного комплекса – 2047».

Этот достаточно объемный документ нацелен на превращение страны в ведущий фактор глобального военно-промышленного расклада путем:

- достижения высокой степени самообеспечения в критически значимых секторах оборонного производства (при умеренном военном бюджете в 79 млрд долл. на Индию приходится ни много ни мало 8,3% мирового импорта вооружений; основные поставщики – Франция, Россия, США, Израиль);

- становления Индии в качестве крупного экспортера вооружений и военной техники (в 2014 г. экспорт вооружений составил 81 млн долл., в 2024 г. – 2,76 млрд долл.; поставлена задача к 2029 г. довести его до 5,9 млрд долл; доля Индии на мировом оружейном рынке в настоящий момент не превышает 0,2%);

- выхода на ведущие позиции в развитии нишевых технологий (искусственный интеллект, квантовые и цифровые инструменты, лазерные платформы, новые материалы, гиперзвук и др.), овладения навыком применения некинетических средств ведения современной войны.

Реализовать эти задачи задумано в три этапа.

- Первый, 2025–2031 гг.: достижение максимальной самообеспеченности и импортозамещения.

- Второй, 2032–2038 гг.: превращение в ведущего экспортера продукции ОПК.

- Третий, 2038–2045 гг.: позиционирование Индии в качестве лидера разработки и внедрения нишевых технологий в оборонных производствах.

Последовательный выход на эти рубежи позволит, по убеждению авторов документа, существенно повысить обороноспособность страны, создать дополнительные инструменты проекции её влияния на региональной и глобальной арене, надежно изолировать Индию от неблагоприятных геополитических воздействий типа кризиса в Персидском заливе или избыточной зависимости от зарубежных поставщиков, которая способна превратить интересы национальной безопасности в заложника чьих-то корыстных устремлений или объект рестриктивных мер.

Впрочем, полагают составители «Видения», придется немало потрудиться над устранением ряда препятствий. Среди них упоминаются дефицит бюджетного финансирования, бюрократизм и коррупция, нехватка квалифицированных кадров, пробелы в правовом регулировании, необходимость отладки механизмов частно-государственного партнерства и участия деловых кругов в подъеме национального ОПК. Перечисляются и более специфические проблемы, такие как привычка к технологической зависимости, разрыв между наукой (НИОКР) и производством, слабая промышленная база, отсутствие налоговых льгот или, применительно к увеличению экспортных возможностей, низкое качество и конкурентоспособность продукции ОПК, малые масштабы производства, нехватка переговорной культуры и неумение работать с партнером. В свою очередь, технологический прорыв потребует преодолеть узкий горизонт планирования, радикально изменить подход и увеличить финансирование НИОКР, оптимизировать регулятивную экосистему для инновационных производств, остановить текучесть кадров и научиться извлекать максимум возможного из ресурса международного сотрудничества. Как можно судить, нынешняя реальность придает актуальности этим озабоченностям индийских промышленников.

Об этом же говорит и информация, поступающая из сверхзакрытого сегмента ядерных сил страны. Судя по ней, они приведены в состояние повышенной готовности, а боеголовки из традиционных мест хранения перемещены ближе к носителям.

Тревоги эти не остались незамеченными. Во всяком случае, отмечают аналитики, невзирая на различие интересов в других уголках земного шара, американо-европейский истеблишмент и деловые круги проявили обоюдное желание принять участие в технологическом обновлении индийского ОПК, создании соответствующих партнерств, соразвитии нишевых технологий. Для США в качестве главного продукта подобного сотрудничества видится наращивание военно-политического сотрудничества с Нью-Дели в Индо-Тихоокеанском регионе для сдерживания КНР, в то время как для Старого Света на первом месте стоят вопросы баланса позиций на бывшей зависимой периферии, скажем, в Индии и Пакистане. В Пекине подобный расклад, подчеркивают комментаторы, оптимизма не вызывает.

В целом знакомство с документами стратегического оборонного и оборонно-промышленного планирования Индии создает впечатление о серьезности настроя её руководства на достижение поставленных целей. Разумеется, заключают авторы проектов, движение к ним не будет беспроблемным, что может потребовать корректировки сроков прохождения отдельных программных этапов. Главное, однако, состоит в том, что, на взгляд автора, Индия делает очередной шаг в осмыслении своей роли как великой и самостоятельной державы, распространяет его на военную и военно-экономическую политику с соответствующими последствиями в виде увеличения роли в мировых делах и обеспечении глобальной стабильности. Все перипетии этого процесса предугадать сложно, если не невозможно. Ключ к ответу может подсказать использование традиционного интереса Нью-Дели к многосторонним решениям и международному сотрудничеству, что вселяет надежду на то, что этот скинувший колониальные узы гигант найдет новое место в меняющемся мировом раскладе на основе принципов равной безопасности и взаимной выгоды.

Альтернативой такому развитию событий может стать только растущая неопределенность, когда обстановка в Южной Азии начнет обретать черты второго издания колониальной экспансии тех стран, которые когда-то положили ей начало, с возвращением атмосферы недоверия, соперничества и коалиций конфликтующих государств с разрушительными последствиями для положения в Евразии и перспектив складывания в ней новой открытой и неделимой формулы безопасности.

 Р. Петров – эксперт Научно-аналитического портала «Восточная трибуна»