Турбулентность в меняющемся мире, угроза эрозии традиционных союзов, в первую очередь японско-американского, переключение внимания Вашингтона на конфликты в других районах земного шара и его призывы к наращиванию военных расходов, а также закат моноцентризма и подъем новых центров силы, помноженные на экономические трудности и внутриполитические проблемы, заставляют Токио задуматься о путях сохранения своего места в международных делах и региональном раскладе в Азии и на Тихом океане.

К сожалению, решение этой непростой задачи видится в Японии не на рельсах мира и стабильности, а на тропе милитаризации экономики, ее взбадривания через подъем ВПК, постепенного отказа от послевоенных пацифистских установок и возвращения стране статуса ведущей военной державы, способной проецировать мощь далеко за пределы национальной территории. На то же нацелено и встраивание Токио в новоявленные агрессивные треугольники и многоугольники в АТР с перспективой завода в регион НАТО для сдерживания Китая, КНДР и России.

Об этом говорит неуклонный рост возможностей Сил самообороны Японии, их насыщение передовыми образцами вооружений, в том числе собственного производства (противокорабельные ракеты «Тип-12», гиперзвуковой планирующий блок, система дронов для обороны побережья, перспективный истребитель – создается в сотрудничестве с Великобританией и Италией). Кроме того, правительство постоянно увеличивает военный бюджет: на 2023–2027 гг. он составляет 295 млрд долл. США, что в полтора раза больше, чем в 2019–2023 гг. Такое положение дел начинает привлекать в Японию мировых оружейных гигантов вроде BAE Systems и Lockheed Martin, намеренных развернуть там производства.

На этом фоне в Токио 21 апреля с. г. было объявлено о пересмотре так называемых трех принципов передачи оборонного оборудования и технологий, которые определяли политику страны в области экспорта вооружений с 2014 г. и ограничивали его исключительно поставками средств спасения, транспортировки, предупреждения, наблюдения и разминирования. Теперь это ограничение снято и канал для продажи летальных вооружений открыт, но пока только для тех государств, которые связаны с Японией соглашениями о защите оборонных технологий. Таких стран 17, в том числе США, Великобритания, Австралия, Индия, Филиппины, Франция, Германия, Малайзия, Италия, Индонезия, Вьетнам, Таиланд, Швеция, Сингапур, ОАЭ, Монголия и Бангладеш. Экспорт нелетального ВВТ (скажем, радаров) ограничений практически не предусматривает. При этом, естественно, Япония по-прежнему не будет продавать оружие, если это противоречит ее международным обязательствам, или поставлять его в страны, где идут боевые действия. Впрочем, исключение может быть сделано для особых обстоятельств – когда союзнику «очень требуется подобное вооружение».

Очевидно, что в расчетах токийские военные стратеги исходят из того, что чем больше стран оснащено японским оружием, тем выше боевая совместимость, тем полнее двустороннее военно-техническое сотрудничество реализует роль источника поступлений в бюджет и инструмента консолидации общего прозападного геостратегического пространства.

Характерно, что сообщения о пересмотре принципов практически совпали по времени с пребыванием в Токио представительной делегации НАТО. Используя в качестве формального предлога изучение опыта решения спорных проблем в рамках японо-американского военно-политического союза, значительную часть времени визитеры посвятили именно обсуждению совместных усилий в части военно-экономического обеспечения японо-китайского противостояния и конфликта на Украине. Результаты контактов в этом измерении вызвали у натовцев, насколько известно, большое удовлетворение, что не сулит ничего особенно хорошего. Может статься так, что сомнения в надежности американских военно-политических обязательств будут подталкивать стороны к формированию новой трансрегиональной агрессивной структуры.

Нетрудно догадаться, что дестабилизирующая суть упоминаемых выше событий была хорошо закамуфлирована в японском общественном мнении. Премьер-министр С. Такаити лично преподнесла их просто как свидетельство неспособности Токио в одиночку решать проблемы безопасности в современном мире. Она же уверяла, что ни пересмотр принципов, ни визит натовцев, ни что бы то ни было еще в оборонной политике Японии не означает отступления от исповедуемых ею миролюбивых принципов.

Американская реакция на новшества в военно-политических подходах Токио позитивная: они расцениваются как вклад в консолидацию двустороннего союза и безопасность в Индийском и Тихом океанах.

Восприятие главных адресатов опасных экспериментов японцев – Пекина, Пхеньяна и Москвы – по понятным причинам настороженное.

Западные экспертные круги рассуждают о закате пацифистской эры в Стране восходящего солнца, говорят о намерении японского руководства подлатать военно-политическое пространство в Азии и на Тихом океане, давшее трещину из-за свертывания части американских обязательств, продемонстрировать России, КНР и КНДР способность «демократических государств создать цепочки собственных оружейных поставок». Они предполагают, что последние шаги Токио неминуемо вызовут рост напряженности в регионе.

Во всяком случае, о серьезности намерений японцев говорит достигнутая на днях договоренность с Канберрой о поставках трех фрегатов типа «Могами» на общую сумму в 6,5 млрд долл. В работе еще один корабельный контракт с Филиппинами, также обсуждаются планы поставок подводных лодок и боевых самолетов Вьетнаму и Индонезии. Речь идет и о том, что основательно обмелевшие в ходе конфликта в Персидском заливе арсеналы арабских стран также могут быть в перспективе восполнены за счет возможностей японского ВПК, который, в отличие от того же европейского, не сокращал мощностей даже в период относительной стабильности.

Складывается интересная картина, когда планы милитаризации Японии, раскручивания гонки вооружений, а также раскачивания и без того непростой ситуации в регионе, запущенные с подачи слабеющего заокеанского союзника, искусно упаковываются в оболочку заботы о мире и коллективных решений в сфере безопасности. Ну а попытки сомкнуть ряды с единомышленниками в Европе (читай: в НАТО) преподносятся как безобидный обмен опытом военного сотрудничества. Вряд ли подобная опасная эквилибристика, вливающая силы в нынешние и будущие конфликты, пойдет на пользу стабильности и предсказуемости в АТР. Скорее наоборот. Между тем альтернатива в виде наработок по созданию открытой и инклюзивной архитектуры безопасности вокруг АСЕАН имеется. Другое дело, что кто-то просто не хочет ее замечать.

 Р.Петров – эксперт Научно-аналитического портала «Восточная трибуна»