Во влажных лесах, где северо-восток Индии граничит с Мьянмой, призрак Второй мировой войны до сих пор витает в зарослях лиан и бамбука. Это дорога, которая берет начало в Ледо, в штате Ассам, и поднимается к перевалу Пангау, когда-то прозванному «Адским перевалом» инженерами, которые прорубили его в 1942 г. сквозь джунгли и муссонную грязь.

Оттуда старая военная магистраль извивается по северной части Мьянмы в сторону Мьиткины, столицы штата Качин. Дорога была построена для солдат и грузовиков снабжения. Сегодня Нью-Дели присматривается к ней с особым вниманием.

Упомянутая дорога, известная под разными названиями – дорога Ледо или Стилуэлла (в честь генерала, руководившего её строительством), – была невероятным достижением союзнической логистики. Когда-то она тянулась примерно на 1700 км, соединяя Индию с Китаем через Бирму (как тогда называлась Мьянма).

После войны она пришла в упадок и заглохла, поглощенная джунглями и политическими потрясениями в Мьянме. Остается лишь заманчивая перспектива: участок протяженностью около 400 км между Ледо и Мьиткиной, который индийские чиновники теперь рассматривают как потенциальный транспортный канал к некоторым из самых востребованных в мире месторождений тяжелых редкоземельных элементов.

Возобновление интереса связано не с ностальгией. Речь идёт о диспрозии и тербии – металлах, малоизвестных большинству читателей, но незаменимых для машин, определяющих энергетику XXI века. Эти элементы используются для производства высокоэффективных постоянных магнитов, преобразующих с минимальными потерями электрическую энергию в движение.

В настоящее время Китай практически полностью контролирует мировой рынок переработки редкоземельных элементов и занимает лидирующие позиции в сфере поставок. Мьянма, раздираемая гражданской войной и управляемая военной хунтой, стала важнейшим внешним поставщиком, поддерживающим это доминирование. В 2023 г. Мьянма обеспечила почти 98% китайского импорта тяжелых редкоземельных элементов, что составило более 9000 тонн концентрата. Большая часть этого материала поступает из штата Качин – горного, лесистого региона, протянувшегося вдоль китайской границы, который в значительной степени контролируется Армией независимости Качина, одной из самых влиятельных этнических вооруженных организаций Мьянмы.

Недавние попытки Индии наладить контакт, негласные переговоры как с Армией независимости Качина, так и с правительством Мьянмы, а также закупка образцов редкоземельных элементов свидетельствуют о том, что Нью-Дели считает, что открывается узкое окно возможностей. По словам индийских чиновников, продавцы, возможно, готовы диверсифицировать свою деятельность за пределами Китая. В таком случае восстановленная дорога Стилуэлла может стать не просто пережитком прошлого, а геополитическим инструментом.

Чтобы понять, почему Индия вообще рассматривает такое предприятие, необходимо сначала разобраться в своеобразной «алхимии» редкоземельных элементов. Несмотря на название, эти элементы не являются особенно редкими в земной коре.

Редкостью является их концентрация в экономически выгодной для добычи форме, а еще реже – промышленные мощности по их переработке в пригодные для использования оксиды и сплавы. Китай десятилетиями наращивал эти мощности, субсидируя шахты, мирясь с ущербом окружающей среде и развивая смежные отрасли производства, выпуская все – от магнитов до электродвигателей. К тому времени, когда западные правительства осознали стратегические последствия, экосистема уже прочно укоренилась.

Однако между США, с одной стороны, и Китаем, с другой, началась «Большая игра» за контроль. Сообщается, что американские чиновники изучают способы освоения «грязного золота» Мьянмы, будь то путем прямого взаимодействия с Армией независимости Качина или поощрения политического урегулирования между хунтой и этническими вооруженными группами, что позволило бы обеспечить более предсказуемый экспорт.

Индия же давно поняла, что для реализации своих технологических амбиций, развития электромобильности, передовых систем обороны и космических технологий необходим надежный доступ к критически важным полезным ископаемым. Она обладает скромными внутренними запасами редкоземельных элементов, но масштабы добычи и переработки оказались незначительными. Тем временем геоэкономическая напряженность между США и Китаем обострилась после прихода к власти Дональда Трампа. Идея, что Вашингтон или Пекин могут использовать свое минеральное превосходство в кризисной ситуации, уже не является абстрактной.

Но Мьянма – не контурная карта, на которой внешние силы могут нарисовать аккуратные линии. После военного переворота 2021 г. страна охвачена гражданским конфликтом. Хунта контролирует крупные города и инфраструктуру; этнические вооруженные организации и группы сопротивления удерживают обширные территории, особенно в приграничных районах. Штат Качин – один из таких примеров. Армия независимости Качина фактически осуществляет власть на больших территориях, включая зоны добычи редкоземельных элементов, где часто используются экологически разрушительные методы выщелачивания, которые оставили изуродованные холмы и загрязненные водоемы.

Для Китая хаос стал и риском, и возможностью. Пекин поддерживает отношения с хунтой, одновременно взаимодействуя с этническими вооруженными группировками вдоль своей границы. Ему удалось обеспечить стабильный поток концентрата редкоземельных элементов даже в условиях ожесточенных боевых действий. Китайские фирмы перерабатывают материал за границей, создавая добавленную стоимость вдали от грязных карьеров, где он добывается. Эта двусторонняя дипломатия, предполагающая балансирование интересов всех участников, обеспечила устойчивость китайских цепочек поставок.

Расчеты Индии более рискованны. Официальные лица признают, что любой вывоз грузов по коридору Стилуэлла будет осуществлен в интересах вооруженных группировок, контролирующих территорию, через которую проходит дорога. Участок от Ледо до перевала Пангау на индийской стороне, как сообщается, находится в хорошем состоянии. Отрезок до Мьиткины (в регионе Сагаинг, в Мьянме), начинающийся за перевалом, пригоден для использования, но потребует ремонта и расширения. Гарантии безопасности будут столь же важны, как и асфальт.

Впрочем, есть одно предполагаемое преимущество: доброжелательность. Индийские чиновники утверждают, что Индия пользуется определенным расположением у общин качинов, даже несмотря на то, что Китай доминирует в торговле редкоземельными элементами. Отчасти это объясняется географическим положением и историей. Северо-восточные штаты Индии, Ассам и Аруначал-Прадеш, имеют культурные и этнические связи с общинами по другую сторону границы. Трансграничная торговля, родственные связи и история повстанческих движений создали сложную сеть взаимодействий. В отличие от этого, участие Китая в делах качинов часто ассоциировалось с добычей ресурсов и деградацией окружающей среды, тогда как Индия рассматривается как убежище и защита от доминирования Пекина.

Тем не менее добрая воля – это не контракт на поставку. Армия независимости Качина не просто местная власть, а вооруженный субъект, ведущий гражданскую войну. Любое соглашение о перенаправлении потоков редкоземельных элементов из Китая или, возможно, в будущем из Вашингтона должно будет столкнуться с ответными мерами, принуждением или встречными предложениями. Более того, хунта Мьянмы будет рассматривать любое прямое взаимодействие с Армией независимости Качина как вызов своему суверенитету. Индии придется тщательно выстраивать дипломатию, балансируя между взаимодействием с этническими властями и поддержанием формальных отношений с Нейпьидо.

Стратегическая привлекательность дороги Стилуэлла заключается в её символизме. Восстановление маршрута стало бы сигналом о намерении Индии расширить влияние на восток, теснее интегрировать северо-восточные штаты в региональные экономические сети и бросить вызов монополии какой-либо одной страны в сфере, имеющей центральное значение для будущей власти. Это соответствовало бы индийской политике «Действуй на Восток» и её усилиям по развитию транспортной инфраструктуры посредством таких проектов, как мультимодальная транзитная транспортная магистраль Каладан до порта Ситтве в штате Ракхайн, – проект, который сам по себе столкнулся с задержками и проблемами безопасности.

Здесь история дает одновременно и вдохновение, и предостережение. Изначально дорога Стилуэлла появилась в силу крайней необходимости. Она была проложена через труднопроходимую местность ценой огромных человеческих жертв, потому что этого требовали военные усилия союзников. В мирное время расчеты иные. Инфраструктурные проекты должны оправдывать себя экономически и политически. Они должны противостоять повстанческому движению, коррупции и бюрократической неразберихе. Опыт Индии в области трансграничной транспортной инфраструктуры в Мьянме был неоднозначным. Амбициозные планы часто сталкивались с реальной ситуацией на местах.

И все же сегодня ставки, пожалуй, не менее стратегически важны, чем в 1942 г. Глобальная гонка за электрификацию транспорта, декарбонизацию энергосетей и модернизацию вооруженных сил ускоряется. Цепочки поставок критически важных полезных ископаемых переосмысливаются в режиме реального времени. Страны, обеспечившие диверсифицированный доступ, будут обладать как экономической устойчивостью, так и геополитическим влиянием. Те, кто этого не сделает, могут столкнуться с ограничениями со стороны внешних стратегических узлов.

Для Индии вопрос заключается не только в том, сможет ли она получить доступ к редкоземельным элементам Качина, но и в том, сможет ли она создать мощности для их переработки. Перевозка концентрата по хрупкому коридору – это лишь первый шаг. Необходимо будет наращивать объемы переработки, внедрять меры по охране окружающей среды и развивать магнитоперерабатывающую промышленность внутри страны. В противном случае Индия рискует повторить ту самую зависимость, от которой стремится избавиться, – экспорт сырья при импорте высокотехнологичных компонентов.

Существует также моральный аспект. Добыча редкоземельных элементов в Качине связана с серьезным ущербом окружающей среде и эксплуатацией труда. Склоны холмов взрывали и пропитывали химикатами для извлечения ценных элементов. В результате сильнее всего от загрязнения окружающей среды пострадали местные общины. Если Индия и ее партнеры стремятся позиционировать себя как ответственную альтернативу китайской модели, им необходимо будет настаивать на более высоких экологических и трудовых стандартах. Это, в свою очередь, может повысить издержки и осложнить переговоры с вооруженными группами, привыкшими к быстрой отдаче.

В этой истории Соединенные Штаты, как и в 1942 г., остаются на заднем плане. Интерес Вашингтона к редкоземельным элементам Мьянмы соответствует его более широкой стратегии «дружественного размещения» критически важных цепочек поставок. Сотрудничество с Индией могло бы предложить способ доступа к ресурсам без прямого вовлечения в гражданскую войну в Мьянме. Но американское участие также привело бы к интернационализации коридора, потенциально вызывая более резкую реакцию со стороны Пекина.

Китай, со своей стороны, вряд ли будет пассивно наблюдать за происходящим. Он вложил значительные средства в инфраструктуру, связывающую провинцию Юньнань с Мьянмой, включая трубопроводы, дороги и запланированные экономические коридоры в рамках инициативы «Один пояс, один путь». Его влияние как на военную хунту, так и на некоторые этнические вооруженные группы предоставляет рычаги для защиты своих интересов. Если потоки редкоземельных элементов существенно сместятся в сторону Индии или консорциума, связанного с США, Пекин может отреагировать экономическими стимулами, политическим давлением или ужесточением собственного экспортного контроля над переработанными материалами.

В этом смысле дорога Стилуэлла не столько полоса асфальта, сколько линия разлома в формирующейся минеральной геополитике Азии. Она находится на пересечении гражданской войны, соперничества великих держав и «зеленого» перехода. Для ее восстановления потребуется не только инженерное мастерство, но и дипломатическая ловкость – взаимодействие с повстанцами без легитимизации фрагментации, сотрудничество с хунтой без одобрения репрессий и координация с западными партнерами без провоцирования открытой конфронтации с Китаем.

Метафора Эльдорадо, используемая некоторыми наблюдателями, отражает как обещания, так и опасность. Холмы северной Мьянмы действительно богаты не только редкоземельными элементами, но и нефритом, золотом и янтарем. Однако погоня за сокровищами на спорных территориях редко проходит без труда и приносит быстрый успех. Дороги, построенные для добычи ресурсов, могут усугубить конфликт так же легко, как и вывести из бедности. Доходы могут расширять возможности местных общин или подпитывать вооруженные группировки.

Для Индии стратегическая логика диверсификации весьма убедительна. Зависимость от конкурирующей державы в отношении ресурсов, критически важных для обороны и чистой энергетики, является неудобной позицией для любого развивающегося государства. Изучение альтернативных путей поставок даже в нестабильной обстановке является частью стратегии хеджирования. Коридор Стилуэлла предлагает один из таких способов защиты – несовершенный, рискованный, но потенциально способный изменить ситуацию.

Реализация этого проекта будет зависеть от факторов, находящихся далеко за пределами контроля Нью-Дели: от хода гражданской войны в Мьянме, от расчетов Армии независимости Качина, от готовности хунты терпеть внешнее вмешательство и от стремления Китая к противостоянию. Это также будет зависеть от способности Индии перейти от стратегических намерений к их последовательной реализации в области, где предыдущие проекты по развитию транспортной инфраструктуры потерпели неудачу.

В конечном счете, джунгли, отвоевавшие дорогу Стилуэлла после 1945 г., могут служить напоминанием: инфраструктура, как и влияние, приходит в упадок без постоянных инвестиций. Возрождение линии снабжения военного времени для новой эры минеральной конкуренции – смелая идея. Она говорит о мире, в котором магниты имеют такое же значение, как и ракеты, и где география власти проходит через отдаленные приграничные районы так же прочно, как и через столицы.

Если Индии удастся добиться успеха, путь из Ледо в Мьиткину может стать не только каналом для транспортировки редкоземельных элементов, но и путем восстановления баланса в регионе. Если же она потерпит неудачу, дорога Стилуэлла останется тем, чем она была долгое время: памятником амбициям, вытесненным рельефом местности, политикой и временем.

Райан Хоккар – эксперт «Восточной трибуны»