В Вашингтоне в мае текущего года состоялся шестой Трансатлантический диалог по Индо-Тихоокеанскому региону – ежегодная американо-европейская «сверка часов» при участии ведущих экспертов Центра стратегических и международных исследований (CSIS) и Центра безопасности, дипломатии и стратегии (CSDS) при Брюссельской школе управления. Лишь поверхностные наблюдатели назвали прошедшую встречу «разговором глухих». На самом деле это был редкий момент кристальной ясности. За закрытыми дверями и на панельных дискуссиях оформился новый геополитический консенсус, пугающий своей прямотой: старого мира больше нет. Однако если Европа и США согласны с таким диагнозом, то рецепт действий у них кардинально разный.

Вашингтон больше не прячет истинные приоритеты за дипломатическими экивоками. Согласно планам и замыслам Пентагона, задача номер один – сдерживание Китая. Европа, какой бы важной она ни была исторически, в глазах американцев превращается в позволяющего экономить силы союзника. Для европейцев же это стало «холодным душем», который, как ни парадоксально, подтолкнул Брюссель к поиску собственного места в Азии – без оглядки на старшего партнера. Итогом диалога стала фиксация не просто разногласий, а разнонаправленных векторов движения.

 «Гибкий реализм» Пентагона: Европа как расходный материал

Атмосферу мероприятия определял не столько тон дискуссий, сколько контекст документа, который участники держали в умах: обновленная Стратегия национальной обороны США 2026 года закрепила понятие «гибкий реализм». Если переводить с дипломатического на русский, это означает расставание с мечтой о глобальном гегемоне, который готов воевать за всех.

Аналитики CSIS и их гости из Брюсселя пришли к выводу, что ключевая установка Вашингтона изменилась раз и навсегда: европейские союзники должны взять на себя «первичную ответственность за свою оборону (за исключением ядерной составляющей)». Помощь США, какой бы критической она ни была (разведка, стратегическая авиация), отныне будет ограниченной. Одной фразой Вашингтон снял с себя многовековое бремя единственного гаранта безопасности Старого Света.

Для Европы такое утверждение прозвучало как мобилизационная повестка, но с кивком в сторону Азии. Логика США проста и цинична в своей математической точности: Россия – это «серьезная, но управляемая угроза». Китай же – это экзистенциальный вызов на ближайшие 50 лет. Поэтому ресурсы, включая европейские, должны высвобождаться для Тайваня, Южно-Китайского моря и логистики в Тихом океане.

 Эхо Ирана и война на истощение

Любопытной призмой для обсуждения стал Ближний Восток. Кризис в Ормузском проливе и война с Ираном, как ни странно, сыграли роль катализатора трансатлантического раскола. Пока США перебрасывали силы для ударов по иранским прокси, европейцы впервые остро ощутили, что значит быть на втором плане.

Энергетический кризис и угроза судоходству заставили Европу задать неудобный вопрос: «А что мы можем сами?» Ответ в ходе диалога прозвучал неутешительно. Европейцы оказались не готовы развернуть масштабную миссию в Ормузе без американской логистики. Это стало наглядной демонстрацией слабости, которую Вашингтон тут же использовал для давления. Американские стратеги прямо заявили: если Европа не может защитить свои танкеры у берегов Ирана, какие у нее есть аргументы требовать гарантий в Южно-Китайском море?

 Стратегия отвлечения: IP4 и STARLIFT

Различия в подходах стали заметны и при обсуждении механизмов присутствия в Азии. США делают ставку на «милитаризацию союзов»: имеются в виду военно-политический блок AUKUS и Четырехсторонний диалог по безопасности QUAD. Американская модель жесткая, наступательная и сфокусирована на военной силе.

Европа же в диалоге продвигала концепцию «горизонтального сдерживания» через технологии и институты. Главным примером стала программа STARLIFT – космическая инициатива НАТО по созданию сети быстрого запуска спутников. Вашингтон смотрит на это с прагматизмом: «Лишние спутники – хорошо». Европа же видит в STARLIFT шанс сохранить лицо.

Пригласив Японию, Южную Корею, Австралию и Новую Зеландию (так называемые IP4) в свою космическую программу, Брюссель пытается играть в Азии на поле, где у него еще остались козыри: правила, стандарты и гражданская инфраструктура. Это «мягкое» проникновение контрастирует с «жесткой» силой авианосцев США. Европа хочет быть ценным партнером через данные, кибербезопасность и устойчивость цепочек поставок, а не через ракетные батареи, которых у нее в Азии просто нет.

 Индустриальный разрыв и ядерный вопрос

Однако самый неудобный вопрос диалога касался «железа». Эксперты сошлись во мнении: пока не решена проблема военно-промышленного комплекса, Европа останется «младшим партнером». Соединенные Штаты переходят на режим «тотальной войны промышленности».

Европа же, по оценкам CSIS, находится лишь в начале пути. У нее нет запасов для ведения затяжной войны в Тихом океане, где нужна «точная масса» – недорогие, высокоточные серийные беспилотники и ракеты.

Самый острый раскол прошел по ядерной тематике. Для стран Индо-Тихоокеанского региона, таких как Япония или Австралия, безопасность зиждется на «атомном зонтике» США. Европа же, имея собственное ядерное оружие во Франции и Британии, теоретически более самостоятельна. Но как только зашла речь о расширении этого зонтика на Азию в обмен на уступки в Европе, диалог зашел в тупик. Европейцы не готовы воевать за Тайвань своим ядерным арсеналом, а американцы не готовы гарантировать безопасность Европы без ее активного участия в Азии.

 Итог диалога: практичный прагматизм

Трансатлантический диалог зафиксировал новый статус-кво: ностальгии больше нет. Отныне США не просто просят помощи – они диктуют условия разделения труда. Европа перестала быть центром мира и стала инструментом для сдерживания Китая.

Для европейцев диалог стал подтверждением горькой истины: стратегическая автономия больше не амбиция, а вопрос выживания. Если вчера еще можно было спорить о ценностях, то сегодня речь идет только о мощностях ВПК. Будущее НАТО и отношений с Азией теперь зависит не от общих идеалов, а от того, сможет ли Европа построить собственные авианосцы, развернуть спутники и наполнить пороховые погреба в темпе, заданном Пентагоном. Иного пути остаться за столом переговоров в Индо-Тихоокеанском регионе у Брюсселя просто нет.

Научно-аналитический портал "Восточная трибуна"