Инциденты с танкерами в конце ноября – начале декабря в исключительной экономической зоне Турции вызвали достаточно сдержанную реакцию официальной Анкары. Реджеп Тайип Эрдоган заявил, что нападения на торговые суда недопустимы, «оправдать такие действия невозможно», а факт обстрела свидетельствует о тревожной эскалации. В схожем ключе высказался и Х.Фидан на полях встречи министров иностранных дел стран НАТО в Брюсселе: он продолжил линию турецкого лидера, выразив обеспокоенность тем, что удары в Черном море свидетельствуют о расширении географии боевых действий.

Такая реакция во многом понятна. С одной стороны, Турция изначально балансирует, стараясь сохранить нейтралитет, и в равной степени поддерживает отношения с Россией и Украиной. В то же время она активно наращивает присутствие на украинской земле, видя, что затяжной конфликт открывает возможности для развития собственного частного сектора. За последние пять лет Турция стала самым крупным зарубежным инвестором на Украине. По итогам 2024 г. на ее долю пришлось около 20% компаний, созданных с привлечением иностранного капитала. По словам президента Ассоциации турецко-украинских предпринимателей Б.Пехливана, турецкие экономоператоры наиболее активно присутствуют в таких отраслях, как строительство, энергетика, машиностроение и логистика. Общий объем совокупных инвестиций от порядка 1200 турецких компаний оценивается свыше 5 млрд долл. Летом этого года крупнейшая строительная фирма на украинском рынке, турецкая ONUR Group, заключила семь новых контрактов на общую сумму около 53 млн долл. При этом зачастую турки берут на себя роль непосредственного исполнителя проектов, тогда как финансирование поступает от внешних партнеров (в частности, Японии и стран ЕС).

В турецком экспертном сообществе отклик на очередной виток эскалации в Черном море неоднозначен. В первую очередь привлекает внимание комментарий одного из идеологов турецкой концепции «Голубая Родина» адмирала Дж.Гюрдениза, отметившего, что Украина сознательно пытается ввергнуть регион в хаос, «как у себя на фронте», и пролонгировать военный конфликт «в интересах Парижа, Берлина, Лондона и Брюсселя», втянув в него и Турцию. Он подчеркнул, что Анкара обязана твердо придерживаться «активного нейтралитета» и не поддаваться давлению Запада. Адмирал провел параллель с событиями Второй мировой войны, когда Турция, несмотря на значительное давление, смогла отстоять свою позицию по Черному морю. По его мнению, следует в короткие сроки усилить защиту судоходства и пересмотреть некоторые вопросы в контексте поддержки Украины (включая военную помощь со стороны некоторых турецких компаний).

Примечательно, что отдельные провластные комментаторы проводят в публикациях мысль о том, что «некие силы» (отчетливо прослеживаются отсылки к США, Великобритании, Израилю и некоторым европейским странам) сознательно пытаются разжечь прямой военный конфликт между Турцией и Россией, используя серию атак на торговые суда. При этом особенно акцентируется внимание на том, что и Россия, и Турция должны проявить дипломатическую мудрость и не поддаваться на подобные «уловки недоброжелателей».

Аналитики одного из крупнейших турецких «мозговых центров» SETA высказались в ином ключе. В недавней публикации они отметили, что невыгодные для Киева условия потенциального мирного урегулирования подорвут и стратегические интересы Турции, поскольку «Россия не отказалась от своих имперских амбиций по восстановлению контроля над бывшим советским пространством – от Южного Кавказа и Центральной Азии до Прибалтики». В этой связи рекомендуется на политическом фронте занять твердую позицию – особенно в отношениях с США, – согласно которой «любое предложение, подтверждающее территориальные приобретения России и подготавливающее почву для следующего наступления Москвы, неприемлемо и опасно для региона». Как полагают эксперты центра, если территориальные уступки закрепят контроль РФ над восточной и южной частями Украины, то Азов фактически превратится во внутреннее море России, что нарушит баланс сил в его водах.

Любопытны комментарии западных обозревателей. Среди прочих выделяется мнение о модели «турецких ворот», которая предполагает, что Вашингтон использует Анкару в собственных интересах, пытаясь с ее помощью перетянуть традиционных союзников России на постсоветском пространстве в западный лагерь. Одним из показательных примеров функционирования такой модели, по мнению исследователей, является Грузия, которая развивает связи с НАТО и ЕС опосредованно, через Анкару, а не путем прямой конфронтации с Москвой. Грузинские военные проходили подготовку у турецких коллег, национальные предприятия интегрировались в турецкие цепочки поставок, а организации гражданского общества получали поддержку от турецких фондов, не вызывая при этом жесткой реакции Кремля. Теперь по ее стопам может пойти Украина. При этом такой сценарий созвучен интересам новой американской администрации, которая в данном контексте воспринимает Турцию уже не как сложного союзника, но как партнера США в Черноморье, Центральной Азии и на Кавказе. В этой схеме, уточняют эксперты, Турция не заменяет Запад, а скорее выступает в роли посредника, «приемлемого лица вестернизации», которое не вызывает у России значительных нареканий. Что немаловажно, Турция получила этот статус не благодаря более тесному приобщению к американским ценностям, а, напротив, заняв обособленную позицию и продемонстрировав желание и умение справляться со сложными проблемами, которые администрация Д.Трампа предпочитает не решать напрямую.

Привлекают внимание также аналитические выкладки Атлантического совета – «мозгового центра» при НАТО. Специалистами организации был подготовлен материал под говорящим заголовком «Любое мирное соглашение, расширяющее возможности России, представляет прямую угрозу безопасности Турции». В нем, в частности, дается отсылка к традиционному представлению Североатлантического альянса о Турецкой Республике как южном буфере, которому отведена ключевая роль в сдерживании России. Эксперты проводят мысль о том, что Анкара должна приложить больше политических усилий и нарастить военный потенциал – это позволит укрепить евроатлантические связи в Черноморском регионе, в том числе путем более тесного взаимодействия с Болгарией и Румынией. К слову, на днях стало известно о том, что аффилированная с министерством национальной обороны Турции компания ASFAT произвела для ВМС Румынии корвет TCG Akhisar, что, как активно подчеркивалось в турецких изданиях, стало первым прецедентом по передаче боевого корабля европейской стране. Среди прочих рекомендаций, содержащихся в публикации Атлантического совета, значатся: разработка мер по ограничению прохода российских военных кораблей через проливы Босфор и Дарданеллы; воспрепятствование ограничению численности вооруженных сил Украины (тезис «Украина с ограниченными военными возможностями – это не буфер, а приглашение к возобновлению российской агрессии и ослабление линии фронта европейской безопасности»); противостояние попыткам навязать Киеву «нейтралитет», служащий красным светом на пути к вступлению в НАТО. Завершается публикация популистскими идеями о том, что Украина, Турция и НАТО сходятся в желании сдержать Россию и в нынешний критический момент Турция не должна дожидаться, когда будут достигнуты договоренности между Москвой и Вашингтоном, но призвана действовать, меняя ситуацию в регионе, что позволит ей не только укрепить свои позиции, но и защитить стратегические интересы.

На наш взгляд, треугольник Украина – Турция – НАТО не столь прочен, как его пытаются представить отдельные обозреватели. Анкара достаточно ревностно относится к попыткам локомотивов западного мира загнать партнеров под пяту ради прагматичных целей. Можно предположить, что сохранение хрупкого баланса для Турции при нынешнем руководстве ценнее напористых коллективных действий, а потому множащиеся аспекты украинского досье скорее создадут турецкой дипломатии новые затруднения, нежели станут окном возможностей для укрепления евроатлантической солидарности.

Научно-аналитический портал "Восточная трибуна"