Индонезия, крупнейшее по численности населения государство Юго-Восточной Азии, последовательно выстраивает военную политику, основанную на принципе «свобода и активность». Эта доктрина, сформулированная еще в 1948 г., предполагает отказ от формальных военных союзов и одновременное развитие партнерств с максимально широким кругом государств. В условиях растущей конкуренции великих держав в Азиатско-Тихоокеанском регионе Джакарта превращает многовекторность из декларации в практический инструмент: она наращивает возможности собственных вооруженных сил, диверсифицирует поставщиков вооружений и проводит учения с противоположными по геополитическим ориентациям партнерами, сохраняя стратегическую автономию. Такой подход позволяет Индонезии использовать уникальное географическое положение (контроль над подходами к Малаккскому проливу и альтернативными проходами через Зондский, Ломбокский и Макасарский проливы) для повышения собственной безопасности и в перспективе – для более заметного регионального влияния.

Индонезия заключила десятки двусторонних соглашений в сфере обороны и безопасности с более чем тридцатью странами. Наиболее институционализированные связи – с Австралией и США. В 2024 г. Джакарта и Канберра подписали соглашение об оборонном сотрудничестве, а в начале текущего года – договор об общей безопасности, предусматривающий консультации в случае угроз общим интересам. С Соединенными Штатами в апреле оформлено «Major Defence Cooperation» Partnership (Крупное партнерство в области обороны), охватывающее модернизацию вооруженных сил, военное образование, проведение совместных учений и возможное взаимодействие в сфере разработки морских (подводных) автономных систем.

Ежегодные учения Super Garuda Shield стали одним из крупнейших многонациональных мероприятий боевой подготовки в регионе. В этом году в них приняли участие около 5 тыс. военнослужащих из более чем 20 стран, включая США, Австралию, Японию, Индию, Францию и ряд государств АСЕАН. Одновременно Индонезия развивает контакты с Китаем: после нескольких лет относительно скромного взаимодействия стороны договорились об увеличении числа совместных учений и образовательных обменов офицерами, а также обсудили создание в Индонезии завода по производству боеприпасов, ракет и снарядов с использованием китайских технологий (старт производства запланирован ориентировочно на 2027 г.).

Параллельно сохраняются и расширяются связи с Францией (поставка 42 истребителей Rafale и строительство двух подводных лодок типа Scorpène Evolved с передачей технологий), Индией (контракт на ракеты BrahMos), Турцией (истребители KAAN, беспилотники, системы для фрегатов), Италией, Великобританией, Россией и другими странами. Такая диверсификация – не хаотичный набор контактов, а осознанная политика хеджирования: Джакарта получает технологии, обучение и политическое пространство для маневра, не связывая себя обязательствами, которые могли бы втянуть ее в конфронтацию с одной из великих держав.

Национальные вооруженные силы Индонезии (TNI) насчитывают порядка 400–450 тыс. военнослужащих. Исторически доминируют сухопутные войска (примерно три четверти личного состава), что отражает приоритет территориального контроля и внутренней стабильности. Военно-морской флот и военно-воздушные силы традиционно отставали по ресурсам и институциональному весу.

Программа «Минимально необходимые силы» (Minimum Essential Force, MEF), завершившаяся в 2024 г., достигла лишь части целей. На смену ей пришла концепция «Оптимальные основные силы» (Optimal Essential Force), рассчитанная на период до 2044–2045 гг. Мероприятия ориентированы на оборону ключевых островов, развитие авиации, подводного флота, ракетных систем, беспилотников и средств наблюдения. Одновременно правительство планирует существенно расширить сухопутный компонент – по некоторым данным, намечено формирование к 2029 г. сотен территориальных батальонов.

География как фактор силы и ограничения

Индонезия протянулась примерно на 5000 км с запада на восток и включает более 17 тысяч островов. Контроль над узкими проливами теоретически позволяет даже относительно скромным силам создавать зоны ограничения и воспрещения доступа. Береговые противокорабельные ракеты, барражирующие боеприпасы, подводные лодки, беспилотники и системы наблюдения способны существенно повысить цену любых операций в индонезийских водах, особенно вокруг островов Натуна, где регулярно фиксируется активность китайских судов в исключительной экономической зоне Индонезии.

Однако та же география создает серьезные логистические трудности. Отсутствие развитой инфраструктуры, связанности между островами делает критически важными морские и воздушные перевозки, дозаправку в воздухе, десантные возможности и устойчивость системы управления. Индонезия активно развивает восточные базы (Саумлаки, Моротай, Биак, Мерауке) и создает объединенные региональные командования, но превращение рассредоточенных «активов» в единую боевую систему остается сложной задачей.

В ближайшей перспективе приоритетом остается оборона архипелага. Более эффективная сеть разведки и наблюдения, а также сдерживания вокруг ключевых проливов уже сейчас способна влиять на условия, в которых осуществляются военное присутствие и торговля других государств между Индийским и Тихим океанами. Если Индонезии удастся интегрировать новые авиационные, ракетные и подводные возможности с логистикой и командованием, она получит инструменты, применимые и за пределами собственных вод – в Южно-Китайском море, восточной части Индийского океана и более широкой Юго-Восточной Азии.

Однако существуют серьезные ограничения. Разнообразие поставщиков (Франция, США, Турция, Италия, Индия, потенциально Китай и другие) создает проблемы оперативной совместимости, технического обслуживания и снабжения. Бюджетные возможности ограничены (доля оборонных расходов в ВВП традиционно ниже 1%), а сухопутные войска продолжают конкурировать с флотом и авиацией за ресурсы. Национальная военная промышленность (группа DEFEND ID, PT PAL Indonesia, PT Pindad и др.) развивается, но пока в значительной степени зависит от зарубежных технологий и компонентов.

В целом военная политика Индонезии – это не подготовка к роли классической региональной сверхдержавы, а прагматичное наращивание возможностей для защиты суверенитета и повышения цены любого внешнего давления. Многовекторность позволяет Джакарте извлекать выгоды из соперничества великих держав, не становясь их клиентом. Если модернизация будет сопровождаться развитием логистики, подготовки кадров и промышленной базы, оборона архипелага действительно может стать фундаментом для более заметной региональной роли. Пока же главный стратегический актив Индонезии – не столько количество платформ, сколько способность сохранять свободу маневра в одном из самых важных геополитических узлов мира.

Научно-аналитический портал "Восточная трибуна"