Специфика соперничества и сотрудничества на современной глобальной арене всё больше определяется повсеместным влиянием искусственного интеллекта (ИИ) – технологий, которые не только трансформируют отрасли, но и коренным образом меняют расстановку сил, оказывая влияние на национальную конкурентоспособность и парадигму безопасности. В этой ситуации стратегическая важность ИИ выходит за рамки исключительно технических характеристик. Эта сфера стала полем в том числе политической борьбы, вторгаясь в дипломатические отношения, а также изменяя модели развития и саму структуру международных иерархий.

На этом фоне Турция стремится стать значимой региональной державой, которая не просто пассивно перенимает технологические тренды, а, как отмечают некоторые эксперты, «целенаправленно формирует свою цифровую судьбу». Турецкие власти признают, что подобная активизация необходима для обеспечения устойчивого развития республики, содействия ее дальнейшему экономическому процветанию и защиты интересов национальной безопасности во всё более взаимосвязанном мире. В 2021 г. была представлена Национальная стратегия в области искусственного интеллекта, в которой изложены основные приоритеты, цели и задачи в данной области до 2025 г., впоследствии дополненная планом действий на 2024–2025 гг. На исходе периода планирования, заложенного в данных документах, представляется логичным подвести некоторые итоги.

Одной из ключевых инициатив стала программа Türkiye Tech Visa, запущенная для привлечения лучших кадров в сферу IT за счет упрощения выдачи разрешений на работу иностранным высококвалифицированным специалистам, которые могли бы внести вклад в укрепление технологической экосистемы Турции и содействовать повышению ее глобальной конкурентоспособности. Еще одним знаковым примером является Программа инвестиций в высокие технологии (HIT-30), реализуемая министерством промышленности с бюджетом в 30 млрд долл. Она направлена на превращение Турции к 2030 г. в «глобальный центр высокотехнологичного производства» с акцентом на такие ключевые отрасли, как полупроводники, зеленая энергетика, цифровые технологии и космос. Для достижения поставленной цели разработчики HIT-30 заложили в документ комплексный стимулирующий пакет, включающий налоговые льготы, поддержку НИОКР, поощрение внутренних и вешних инвестиций. Другой амбициозной инициативой стала программа Turcorn 100 стоимостью более 1 млрд долл., созданная для увеличения числа турецких стартапов. Ожидается, что в 2025 г. число поддержанных властями высокотехнологичных проектов увеличится до 80, а к 2026 г. достигнет 100.

Помимо этого, направляются усилия на проведение масштабных мероприятий, призванных содействовать укреплению имиджа Турции как центра инноваций и цифровой трансформации, а также расширению международных контактов. Наиболее значимым событием является ежегодный фестиваль «Технофест», объединяющий не только ведущие турецкие компании, предлагающие производственные образцы и технологические новинки, но и большое число представителей молодежи для повышения их мотивации к вовлечению в сферу инноваций. В рамках фестиваля организуются демонстрации прототипов, презентации и конкурсы проектов в передовых отраслях, включая авиацию, космос, искусственный интеллект, робототехнику и энергетику.

Однако, несмотря на стремление Турции к автономизации в области высоких технологий, сохраняется высокий уровень ее зависимости от западных партнеров. В частности, реализуются совместные программы с ЕС в рамках выделяемых грантов Horizon Europe. Согласно официальным данным, Анкара получила 243 млн евро, направленные на финансирование 1107 инициатив. Прослеживаются крупные инвестиционные сделки с участием Microsoft, Google и IBM, что, по мнению экспертов, свидетельствует о повышении международного доверия к Турции как к новому центру разработок в сфере искусственного интеллекта.

В то же время в ценностно-идеологическом плане турецкие власти не склонны полагаться на признанные практики менеджмента, а стараются выработать собственный подход к управлению сферой ИИ. США традиционно придерживаются строгой рыночной модели, Китай осуществляет государственный контроль в этой области, а ЕС делает ставку на этику и права человека. Турция же стремится найти баланс. Основная дилемма, стоящая перед властями, такова: слишком либеральное отношение к ИИ может привести к новым кризисам, социальному расслоению и уязвимости в сфере безопасности, в то время как чрезмерное регулирование задушит инновации, особенно на небольших предприятиях. Таким образом, по-прежнему особо острым вопросом на повестке остается необходимость одновременно разрабатывать этические, технические и институциональные решения.

В начале текущего года Турция заняла третье место среди ведущих инновационных экономик Ближнего Востока и Северной Африки, уступив лишь Израилю и Объединенным Арабским Эмиратам. Это достижение отражает прогресс страны в области соответствующих исследований и разработок. К настоящему времени в Турции сформировалась динамично развивающаяся технологическая экосистема, включающая в себя 102 технопарка, в которых в совокупности размещается более 10 тыс. технологических компаний, способствующих инновациям и развитию предпринимательства в различных секторах, более 1600 научно-исследовательских и конструкторских центров.

Турецкие университеты также вносят свой вклад в развитие ИИ, но масштабы их усилий и влияние пока ограничены. К числу передовых относятся Университет Билькент, Босфорский университет и Университет Коч, на базе которых разработаны специализированные программы и проводятся соответствующие профильные исследования. Ближневосточный технический университет недавно объявил о создании Центра искусственного интеллекта, работа которого будет направлена на повышение конкурентоспособности Турции в этой области. Кроме того, Университет Хаджеттепе и Университет Бахчешехир запустили соответствующие образовательные треки по разработке сервисов ИИ, однако новизна этих программ вызывает скептицизм у отдельных специалистов ввиду опасений о недостаточной их методической проработанности.

Среди проблем, с которыми Турция сталкивается на данном направлении, первоочередно стоит отметить нехватку финансирования и профильных специалистов. Несмотря на то, что турецкие власти активно инвестируют в искусственный интеллект, распределение средств зачастую неравномерно. Как отмечают эксперты, деньги, как правило, направляются на оборудование, в то время как более эффективным вариантом мог бы стать сбалансированный подход, включающий спонсирование разработок программного обеспечения, привлечение высококвалифицированных специалистов и вложения в долгосрочные исследовательские проекты. Кроме того, необходимо сосредоточиться на совершенствовании образовательных программ, создании специализированных курсов по искусственному интеллекту в университетах и предоставлении возможностей для непрерывного профессионального развития. Остро стоит и проблема утечки мозгов, для решения которой необходима более значительная поддержка государства и частного сектора.

В целом, по заявлениям исследователей, Национальная стратегия в области искусственного интеллекта стала своеобразной первой ласточкой, призванной на начальном этапе наметить контуры дальнейшего развития. Принимая во внимание определенные успехи на данном направлении, можно констатировать, что эту задачу следует считать решенной. Дальнейший же рывок будет зависеть от способности Турции системно и эффективно справляться с многочисленными как техническими, так и организационными трудностями на пути к довольно амбициозной цели – стать глобальным центром высокотехнологичного производства.

Научно-аналитический портал "Восточная трибуна"