Рубеж 2025-2026 гг. выдался насыщенным на события, бросающие вызов международному праву. На ближневосточном поле одним из наиболее ярких эпизодов стало признание Израилем самопровозглашенной республики Сомалиленд – обладающего всеми атрибутами государственности образования, находящегося на территории Сомали, на востоке Африки, и до недавнего времени не получавшего международного признания, хотя и поддерживающего контакты со многими региональными и глобальными игроками. Если опустить йеменский сюжет, то основный вызов такое решение Тель-Авива бросает Анкаре, которая последние 15 лет планомерно выстраивала стратегию позиционирования себя в качестве «старшего брата» Сомали, подкрепляя это серьезными практическими аргументами. Таким образом, к полыхающему турецко-израильскому политическому противостоянию в секторе Газа, Восточном Средиземноморье и Сирии добавился еще и субрегион Африканского Рога.

Со ссылкой на сомалилендское внешнеполитическое министерство в открытой печати курсирует информация о том, что Израиль обсуждает с непризнанной республикой возможность создания израильской военной базы. При взгляде на политическую карту мира становится очевидно, что Сомалиленд расположен прямо напротив Йемена, следовательно, закрепление в этой части Африканского Рога своего присутствия (в первую очередь военного) позволило бы Израилю получить доступ к Баб-эль-Мандебскому проливу и Красному морю со стороны Восточной Африки и расширить пространство для маневра в противостоянии с хуситами.

Порт Бербера — ключевой актив Сомалиленда, и на его территории уже развернут опорный пункт под флагом ОАЭ. В этой связи некоторые отечественные исследователи предполагают, что таким образом складываются предпосылки к формированию регионального союза между Тель-Авивом и Абу-Даби с явно выраженной военной составляющей.

В контексте турецких интересов подобные планы в случае их обоснованности имеют противовес в виде функционирующей с 2017 г. базы TÜRKSOM, являющейся самым крупным турецким зарубежным военным объектом. Находящиеся здесь советники готовят новые кадры сомалийской армии и полиции, что выходит за рамки задачи борьбы с терроризмом и ставит Анкару де-факто в положение ответственного за вопросы безопасности Сомали. В открытой печати также фигурируют сведения о том, что Турция планирует создать ещё одну военную базу в Хатумо (Сомалийское Государство Хатумо – автономная администрация на севере Сомали), которое занимает около 45 % заявленной территории Сомалиленда.

Кроме того, в прошлом году стало известно о еще одном амбициозном проекте Анкары на сомалийской территории – строительстве космодрома. По уверению многих аналитиков, он предназначен не только для использования в качестве независимой стартовой площадки для турецких спутников, но также для испытаний баллистических ракет большой дальности (до 2000 км). Хотя окончательная дата завершения строительства не разглашается, в отдельных публикациях упоминается, что Турция планирует осуществить «мягкую посадку на Луну» с использованием этой инфраструктуры к 2028 г. В этой связи турецкая сторона обеспокоена тем, что Израиль со своего нового военного объекта может вести разведывательную деятельность за активностью Анкары в регионе, включая отслеживание зоны запуска с космодрома.

Инициатива Тель-Авива также подтачивает миротворческие усилия турецкой дипломатии на африканском треке. На региональном уровне одним из возможных бенефициаров признания Сомалиленда является Эфиопия. С отделением в 1993 г. Эритреи страна утратила единственный имевшийся выход к Красному морю и вынуждена искать пути через третьи страны. Переориентировав 90% внешнего товарооборота на Джибути как транзитный элемент цепи, Аддис-Абеба сохранила интерес к порту Бербера, контролируемому Сомалилендом, с которым ранее была заключена соответствующая договоренность, впоследствии нивелированная при посредничестве Анкары в целях стабилизации региональной ситуации. Примирение Эфиопии и Сомали и отказ Аддис-Абебы от прежних договоренностей с Харгейсой было преподнесено в мирополитической практике как большой успех Турции в качестве медиатора, которому можно доверять. Ранее Сомали и Сомалилендом было подписано Анкарское коммюнике  в знак готовности к мирному диалогу. Теперь же, после заявления Израиля об официальном признании, выстроенная хрупкая конфигурация рискует обвалиться.

В то же время, как представляется на данном этапе, решение о признании Сомалиленда, несмотря на его резонансность, пока имеет в большей степени символическое значение, нежели реально практическое. Отдельные обозреватели справедливо отмечают, что не до конца понятны механизмы реализации дальнейшей стратегии Тель-Авива в заданной плоскости координат. Особенно учитывая, что внутри самого Сомалиленда реакция на признание весьма неоднозначна. Израиль воспринимается значительной частью общества, в котором важную роль играет ислам, с подозрением. Турецкое же правительство все эти годы планомерно работало над созданием положительного имиджа среди простых граждан, а также поддерживало хорошие, рабочие отношения с лидером Сомалиленда Абдирахманом Мохамедом Абдуллахи. Более того, не первый год в регионе трудится специальный представитель для переговоров между Сомали и Сомалилендом, а в Харгейсе действует турецкое консульство.

Примечательна оценка западных обозревателей касательно фактора США в этих африканских перипетиях. По их замечанию, в течение многих лет в вашингтонской политике израильско-турецкий раскол воспринимался как «дипломатический театр, скрывающий стратегическое партнёрство». Теперь же, на фоне декабрьского решения Тель-Авива о признании, такая оценка больше не актуальна, а региональные расчёты Белого дома подлежат пересмотру. Угроза для Вашингтона заключается не в войне между Израилем и Турцией, а в череде эскалаций, в которых будут задействованы американские союзники, что может подорвать единство НАТО. Как итог, новая реальность потребует от США гораздо большего внимания и давления на Анкару и Тель-Авив.

В любом случае геополитическая среда Африканского Рога настолько концентрирована по числу внешних акторов, стремящихся продвигать свои интересы, и по степени фрагментированности внутрирегионального ландшафта, что брошенный Израилем камень еще длительное время будет провоцировать круги на воде мировой дипломатии. На сегодняшний день основным выводом может стать то, что имеющие место ближневосточные противостояния, к которым несомненно относится и ось Турция - Израиль, расширяют географию своего распространения и выходят на новые соседние регионы, в числе которых теперь и Африка.

Научно-аналитический портал "Восточная трибуна"