В преддверии саммита НАТО, который пройдет в начале следующего месяца в Анкаре, Турция активно насыщает информационную повестку позитивными сюжетами национального развития, создавая образ ключевого звена в евроатлантической архитектуре безопасности и системе цепочек производства и поставок.

На завершившейся на днях крупной международной оборонной выставке Eurosatory 2026 в Париже турецкие компании звучно заявили о себе, не только достойно представив широкий спектр передовых систем (от беспилотных летательных аппаратов и бронированных платформ до средств радиоэлектронной борьбы и высокоточного оружия), но и подписав с европейскими партнерами серию новых документов. В частности, турецкий производитель бронетехники FNSS заключил рамочное соглашение с чешской CSG (Czechoslovak Group) о создании совместного предприятия. В свою очередь, турецкий гигант Havelsan закрепил договоренности о развитии сотрудничества с бельгийской компанией Euramec по разработке тренажеров.

Турция не первый год стремится увеличить вклад в укрепление европейской безопасности, хотя, как показало недавнее голосование в Европарламенте по вопросу вступления в ЕС новых членов, Анкару все еще не готовы принять на равных в европейское сообщество. Однако в структуре НАТО она, обладая второй по мощности армией, продолжает набирать вес, в том числе за счет повышения роли национального ВПК на глобальном рынке.

Экспорт является важным элементом турецкой военно-промышленной стратегии, которая на протяжении последних двух десятилетий направлена на укрепление автономии страны и снижение зависимости от санкционных флуктуаций. Ожидается, что объем экспорта продукции военного назначения Турции может вырасти в текущем году до 15 млрд долл. и, по прогнозам, превысит отметку 18 млрд долл. к 2031 году. Такая траектория развития обусловлена переориентацией на разработку собственных платформ. Растущие объемы поставок беспилотников, ракет и космических систем подпитывают статус Турции как надежной альтернативы традиционным поставщикам. Хотя на данном этапе турецкое правительство еще только стремится к тому, чтобы добиться осуществления полного цикла (от проектирования и создания прототипов до серийного производства), уже сейчас 80% потребностей в военном секторе закрывается за счет собственных ресурсов, что сигнализирует о значительном и многообещающем «рывке» за последние годы. Кроме того, Турция превратилась в крупного экспортера программного обеспечения (ПО). Как заявил министр торговли страны О. Болат, годовой объем продаж продукции компаний-разработчиков ПО достиг 4 млрд долл., а число технопарков в Турции за последние 20 лет выросло с 3 до 102.

Опора на собственные силы позволяет турецким компаниям все чаще конкурировать за контракты на рынках Ближнего Востока, Африки и Азии, где раньше доминировали преимущественно признанные поставщики из США и Европы. Европейский рынок сам по себе представляет особый интерес для Анкары. Не будучи членом ЕС, Турция способна продавать продукцию европейским странам. В результате ВПК приобретает все большее значение как механизм укрепления двусторонних отношений. Кроме того, победа в тендерах над европейскими и американскими компаниями повышает престиж турецких фирм, что может способствовать их успеху в других регионах.

Важной площадкой для презентации достижений турецкой оборонной промышленности стала выставка вооружений SAHA, прошедшая в мае в Стамбуле, где страна продемонстрировала полный спектр современных военных технологий. Количественные результаты говорят сами за себя: около 1700 компаний из более 120 стран, 182 подписанных соглашения общей стоимостью 8 млрд долл. (из них 6 млрд долл. приходится на турецкий экспорт). Общественности была представлена первая национальная баллистическая ракета большой дальности Yıldırımhan, новые образцы беспилотных морских и наземных аппаратов, расширенная линейка средств ПВО. За пять дней выставки республика фактически публично заявила о том, что достигла цели, к которой шла с конца 1980-х гг.: стала производителем и продавцом вооружений среднего и верхнего ценового сегмента.

Все это, как представляется, призвано продемонстрировать миру, и в первую очередь евроатлантическим партнерам, готовность и способность Турции играть более активную роль в глобальных и региональных процессах. Развитие турецкой военной промышленности дает положительные результаты не только как своеобразный фактор сдерживания в регионе, но и как средство укрепления политических союзов с государствами-импортерами, а также как дополнительная возможность распространения политического влияния. Примечательно, что на днях руководитель Управления оборонной промышленности при администрации президента Турции Х. Гёргун в интервью польскому изданию заявил: «Турция готова взять на себя больше ответственности в военно-промышленной экосистеме НАТО. Наш сигнал союзникам ясен: сильный турецкий ВПК – это сильный Североатлантический альянс».

Вместе с тем, несмотря на впечатляющие темпы развития, Турция все еще не способна обеспечить полный цикл разработки и производства современных комплексов вооружения силами только национальных компаний. По-прежнему остро стоит вопрос закупок импортных систем и комплектующих (в первую очередь у стран западного блока – Франции, Германии, Канады, Великобритании, США и др.), и именно этот момент влияет на то, что перспективы достижения полной или даже относительной самодостаточности Анкары в вопросах ВПК пока далеки от этих целей.

Амбициозные задачи Турции по модернизации военной промышленности для создания высокотехнологичных образцов вооружений на сегодняшний день, по оценкам экспертов, в большей степени декларативны. Отмечается, что порой сделки по продаже военной продукции имеют политический подтекст: грубо говоря, третьи страны приобретают те или иные товары для морально-материального стимулирования Анкары на занятие ей «правильной» позиции по некоему пункту взаимной политической повестки.

Остро стоит и вопрос нехватки специалистов. Хотя отрасль активно развивается, наблюдается дефицит высококвалифицированных кадров, необходимых для реализации крупных проектов. Публично цифры не разглашаются, а проправительственные СМИ предпочитают этот факт и вовсе замалчивать, но оппозиционные круги фиксируют отток перспективных и талантливых работников в другие страны (в первую очередь Южную Корею и ОАЭ, где зарплаты существенно выше).

Президент Р.Т. Эрдоган уже давно заявил о цели добиться высокой степени локализации и независимости национального ВПК, однако нехватка серьезного финансирования на фоне проблем в экономике, а также незавершенность формирования традиционной инженерной школы на всех этапах военного строительства и собственной технологической базы пока заставляют сомневаться в скором успешном достижении обозначенного ориентира.

И все же нельзя не считаться с фактом роста турецкого ВПК, подкрепленным масштабной пиар-кампанией и все более явными претензиями Анкары на включение в негласный клуб стран-лидеров в области военного экспорта. В контексте российских интересов такой рост турецкой оборонной промышленности сулит неоднозначные последствия. Анкара использует промежуточное положение между НАТО и Россией как ресурс, который позволяет ей выводить продукцию на новые рынки (в том числе и враждебные Москве), но при этом не замыкаться на политико-стратегической солидарности, следуя правилу исключительно деловых отношений, что порождает как определенные вызовы, так и новые возможности.

Научно-аналитический портал "Восточная трибуна"