В начале марта эксперты Продовольственной и сельскохозяйственной организации ООН выразили опасения в связи с перекрытием Ормузского пролива. По их оценке, закрытие важнейшей транспортно-логистической артерии сделает невозможной поставку 25% мирового объема экспорта удобрений, в том числе 16% фосфатов и 50% серы, необходимых для их производства. Уже сейчас возникший дефицит привел к росту цен на все виды удобрений, что поспособствует значительному удорожанию продовольствия и еще большему распространению голода в глобальном масштабе.

Сложившаяся ситуация создает экономические риски даже в самой западной части арабского мира. Марокко обладает крупнейшими в мире запасами фосфатов (до 70%), а продажа удобрений обеспечивает до четверти экспортного дохода королевства. Помимо этого, конфликт вызвал шок на нефтегазовых рынках, который ставит вопрос об энергетической безопасности страны.

Для оценки потенциальных рисков и возможностей для марокканской экономики нужно рассмотреть роль заблокированных в Заливе товаров в импорте и экспорте страны. Королевство занимает второе место в мире после Китая по добыче фосфатов и обеспечивает более трети мирового экспорта. На первый взгляд кажется, что выгода от глобального роста цен на удобрения очевидна. Однако марокканские производители получают от продажи необработанного сырья только 15% прибыли. Дополнительная же добавленная стоимость формируется за счет производства удобрений и полуфабрикатов. Это требует импорта большого количества природного газа и химреагентов, которые поставляются из стран Залива.

Закупка за рубежом энергоресурсов обходится Рабату более чем в 11 млрд долл. США в год. Рост цен на топливо представляется значительным вызовом для производителей удобрений в Марокко. Особенно в условиях конкуренции с российскими предприятиями, которые могут предложить лучшие цены за счет доступа к дешевому газу. Стоит отметить, что соперничество будет носить очень ограниченный характер в силу того, что марокканская государственная компания OCP Group контролирует около 30% экспорта фосфатной продукции в мировом масштабе. Ни одна организация в мире не имеет производственных мощностей, способных быстро компенсировать такие объемы. Пользуясь доминирующим и безальтернативным положением на рынке, а также глобальным сбоем цепочек поставок, марокканские производители могут не только переложить возросшие расходы на конечного потребителя, но и нарастить продажи и увеличить прибыль.

Энергетический кризис стал вызовом не только для крупного бизнеса, но и для домохозяйств. В течение марта розничные цены на газ увеличились на 30%, рост продолжается и в апреле. Большинство населения приобретает газовые баллоны и использует их для приготовления пищи и обогрева жилищ. По данным министерства финансов Марокко за 2023 г., государство субсидирует цены на газовые баллоны, покрывая 70% цены. Такая помощь обходится бюджету страны в более чем 2 млрд долл. ежегодно. Однако ввиду того, что это финансирование согласовывается заранее при формировании бюджета, субсидии оказались недостаточны для нивелирования скачкообразного роста цен на энергоносители из-за конфликта в Заливе.

Марокканцы утратили в 2021 г. надежный источник газа после разрыва дипломатических отношений с Алжиром. До этого голубое топливо поставлялось оттуда напрямую по трубопроводу «Магриб – Европа» по фиксированной цене. С тех пор власти королевства не заключали крупных долгосрочных контрактов на поставку газа и вынужденно импортируют его из Европы по спотовым ценам, используя тот же самый трубопровод в реверсном режиме. По большей части марокканцы закупают СПГ американского происхождения. Однако из-за отсутствия собственных терминалов для его приема они вынуждены обращаться к посреднику. Роль хаба выполняет Испания. Там осуществляется регазификация американского сжиженного газа, чтобы его можно было отправить в Марокко по газопроводу. Таким образом, импорт по новой схеме дороже прямых поставок из Алжира в два раза. В свою очередь, волатильность спотового рынка газа в ЕС из-за перекрытия Ормузского пролива привела к дополнительному удорожанию на 60% в марте – апреле текущего года.

Столь резкие скачки цен актуализировали обсуждение проектов по обеспечению более надежных поставок. В заявлении от 13 марта с.г. глава агентства Марокко по углеводородам и горнодобывающей промышленности Амина Бенхадра анонсировала подписание в течение текущего года соглашения по строительству газопровода Нигерия – Марокко. протяженностью 6900 км и мощностью прокачки до 30 млрд. кубометров в год. Половина объема предназначается для удовлетворения марокканских потребностей, а остальное – для экспорта в Европу. Несмотря на высокую потенциальную выгоду для обеих сторон, обсуждение проекта длится уже десять лет. В сложившейся ситуации затяжной шок на нефтегазовых рынках значительно повышает его рентабельность и делает практическую реализацию текущих планов более вероятной.

Показательно, что на фоне обсуждения сооружения столь сложного инфраструктурного объекта в условиях энергетического кризиса отсутствуют новости о переговорах по восстановлению отношений с Алжиром. С технической точки зрения заново начать прямые поставки по уже существующему трубопроводу из соседней страны проще, чем проложить новую ветку из Нигерии через 13 стран Западной Африки. Несмотря на посреднические усилия США и ЕС, алжирская позиция остается неизменной и увязывается с вопросом о статусе Западной Сахары. Взгляд Алжира на самоопределение региона отличен от марокканского плана и угрожает территориальной целостности королевства. Этот риск значительно перевешивает потенциальную выгоду от восстановления газового транзита, что объясняет отсутствие диалога между странами.

Но несмотря на многочисленные вызовы, марокканская электроэнергетика демонстрирует солидный запас прочности. Своевременные инвестиции в осуществление «зеленого перехода» обеспечили Марокко до 38% электроэнергии, полученной из возобновляемых источников. Этот показатель является наивысшим среди всех стран Африки и арабского мира, что позволяет снизить ущерб от шока на нефтегазовых рынках. Позитивный эффект укрепит уверенность марокканцев в правильности национального плана по получению к 2030 г. 52% электричества из возобновляемых источников.

У Марокко есть сильное конкурентное преимущество и вне сферы зеленых технологий: высокая доля угля в электрогенерации (до 60%). Рост цен на него оказался в среднем в два раза меньше, чем на нефть и газ, а география поставок более диверсифицирована и не зависит от «бутылочных горлышек» мировой логистики. Благодаря своевременной ставке на развитие «зеленой энергетики» и при сохранении высокой доли угольных ТЭС, марокканским властям удалось полностью обезопасить энергосистему страны, избежав риска блэкаутов.

Подводя итог, стоит отметить, что перекрытие Ормузского пролива, повлекшее за собой нарушение цепочек поставок стало серьезным испытанием для промышленности и населения Марокко. Актуализировались вопросы диверсификации закупок газа, который критически важен для производства главного экспортного товара – фосфатных удобрений, а также для бытовых нужд большей части населения. Результаты весенне-летнего сельскохозяйственного сезона в северном полушарии покажут, остались ли марокканские удобрения востребованными в прежнем объеме и удалось ли их производителям увеличить прибыль. Стоит отметить высокую устойчивость энергосистемы страны по прошествии двух месяцев кризиса на глобальном рынке энергоресурсов. Полученный опыт будет полезен для ускорения национальных программ по строительству инфраструктуры, диверсификации поставок и развитию возобновляемых источников энергии.

Научно-аналитический портал "Восточная трибуна"