В сентябре текущего года, в соответствии с достигнутыми в 2024 г. договоренностями, практически завершен вывод основного контингента войск международной коалиции во главе с США с территории Ирака (за исключением Иракского Курдистана). Хотя данное событие позиционируется как путь к восстановлению полного суверенитета государства, оно может стать источником ряда серьезных рисков, напрямую связанных с внутриполитической ситуацией в стране и региональным балансом сил.

Согласно утвержденному плану, сворачивание военной миссии США должно проходить в два этапа: первый, завершение которого уже состоялось, предусматривал вывод контингентов с авиабаз «Айн ал-Асад» в провинции ал-Анбар и «Виктория» в Багдаде с последующей передислокацией части сил в Эрбиль, а остальных – в сторону сирийского приграничья; второй этап предусматривает вывод оставшихся подразделений с территории Иракского Курдистана к сентябрю 2026 г.

Как представляется, окончание военного присутствия Соединенных Штатов в Ираке, неизбежно повлечет за собой ряд последствий как для самого Багдада, так и для региональных игроков, которые имеют свои интересы в стране. Для иракцев вывод американских войск затрагивает три ключевые политические силы: действующего премьер-министра Мухаммада Шиа ас-Судани и его кабинет; парламентский блок «Координационная структура»; а также Региональное правительство Курдистана (КРГ).

Что касается премьер-министра М.ас-Судани, то данное событие представляет собой значимое достижение, и вероятнее всего резко повысит его популярность среди иракцев – по аналогии с ситуацией 2011 г., когда решение администрации Б.Обамы об окончании американского присутствия в Ираке возвело тогдашнего премьер-министра Н.ал-Малики в ранг национального героя. Не менее важно и то, что вывод иностранных войск был одним из главных предвыборных обещаний ас-Судани, и теперь, когда оно выполнено, это может стать мощным инструментом для укрепления имиджа премьер-министра в преддверии парламентских выборов, намеченных на ноябрь текущего года. Победа на них может открыть ас-Судани путь ко второму сроку – уже с репутацией политика, реализовавшего один из самых чувствительных запросов иракского общества.

На этом фоне уход американцев усиливает позиции не только действующего правительства, но и шиитского политического лагеря в целом. Для коалиции «Координационная структура», которая ориентирована на Иран и традиционно придерживающиеся жесткой антиамериканской риторики, вывод иностранного контингента воспринимается как результат ее многолетнего давления на Багдад и Вашингтон. И именно в таком ключе это событие будет интерпретировано в ходе предстоящей избирательной кампании: лидеры коалиции, как ожидается, сделают акцент на том, что уход США – прямая заслуга их твердой и последовательной линии, превратив эту тему в один из центральных нарративов своих предвыборных программ, что потенциально обеспечит кандидатам от их партий дополнительную электоральную поддержку, особенно среди консервативной части иракского населения.

В отличие от шиитских политических сил, для курдов вывод войск США, напротив, выглядит скорее как вызов. Они менее всего заинтересованы в уходе американцев: прекращение военной поддержки со стороны Вашингтона – как в вопросах подготовки, так и поставок вооружений для сил «Пешмерга» – ослабит позиции КРГ в диалоге с центральным правительством. Между Эрбилем и Багдадом сохраняется целый ряд нерешенных вопросов, включая распределение нефтяных доходов и статус г. Киркук, который остается предметом острых территориальных споров. Дополнительную обеспокоенность у курдской стороны вызывает вероятность активизации воодушевленных «отступлением» американцев проиранских вооруженных формирований, с которыми у «Пешмерги» традиционно напряженные отношения. В этих условиях КРГ, вероятно, будет вынуждено идти на более чувствительные компромиссы с центральными властями.

На региональном уровне вывод американских войск затронет прежде всего Иран и Турцию. Для Тегерана данное событие – уникальная возможность расширить свое влияние внутри Ирака, охватывающее как политическое, так и экономическое измерение. По мнению ряда экспертов, Иран может использовать ресурсы и финансовую систему Ирака в качестве своеобразного «спасательного круга» для восстановления своего военного потенциала, который был изрядно ослаблен в ходе недавних американо-израильских авиаударов. Анкара, в свою очередь, рассматривает завершение военной миссии США как возможность активизировать военные операции против Рабочей партии Курдистана (РПК) на севере Ирака, некоторые группы которой отказались сложить оружие, несмотря на призыв лидера организации А.Оджалана. Окончательный уход американцев, запланированный на 2026 г., устранит внешний фактор сдерживания и даст туркам больше свободы в действиях на территории Иракского Курдистана.

В тоже время, последствия завершения военной миссии США не ограничиваются изменением внутриполитического ландшафта Ирака и ростом активности внешних игроков. Одним из ключевых вызовов для иракской безопасности остается угроза со стороны «Исламского государства» (организация признана террористической и запрещена на территории РФ). Несмотря на то, что на территории Ирака ячейки террористов практически полностью ликвидированы, в соседней Сирии наблюдается рост активности ИГ. Ситуацию усугубляет наличие в составе сил безопасности сирийского режима джихадистских элементов, что, по мнению ряда аналитиков, создает благоприятную среду для восстановления структур «Исламского государства» в том или ином виде. В этих условиях особую обеспокоенность вызывает ситуация на ирако-сирийской границе. Без доступа иракских сил безопасности к разведданным, которые ранее предоставляли американские военные, трансграничная зона вновь рискует превратиться в транзитный коридор для террористов, как это уже было ранее в 2013-2014 гг.

На наш взгляд, принимая во внимание обозначенную дату окончательного вывода американских войск с территории Иракского Курдистана в сентябре 2026 г., следует учитывать ряд важных факторов, способных существенно повлиять на развитие ситуации:

Во-первых, в соответствии с совместным американо-иракским заявлением от 2024 г., после завершения вывода американских войск стороны переходят к «двустороннему партнерству в сфере безопасности». При этом формат такого сотрудничества в документе не уточняется, что оставляет пространство для различных трактовок. Это, в свою очередь, создает условия для гибкой интерпретации договоренности и допускает возможность возвращения американских военных в случае изменения обстановки – будь то рост террористической активности или вмешательство внешних сил.

Во-вторых, вывод войск США не затрагивает американских военных инструкторов и сотрудников ЧВК. Учитывая опыт 2011 г., когда полный уход Соединенных Штатов привел к резкому росту нестабильности, можно предположить, что сохранение такого формата присутствия может стать приемлемым вариантом как для Вашингтона, так и для Багдада.

В-третьих, даже при фактическом отсутствии войск на территории Ирака, США сохраняют возможность наносить точечные авиаудары по потенциально враждебным целям, используя ближайшие авиабазы – «ал-Удейд» в Катаре или «Али ас-Салям» в Кувейте.

Таким образом, даже в случае реализации сценария полного ухода США из Иракского Курдистана, Вашингтон сохранит серьезные возможности для защиты своих интересов и влияния на ситуацию в регионе. Так что говорить об окончательном отказе Соединенных Штатов от военного присутствия в Ираке представляется преждевременным.

Научно-аналитический портал "Восточная трибуна"