В последнее время наблюдается заметное оживление тихоокеанской и индоокеанской дипломатии Вашингтона. В Пекине только что побывал президент США Д. Трамп, а 23–26 мая с.г. Нью-Дели посетил госсекретарь США М. Рубио.

В преломлении к специфическим интересам США в Индии в круг задач визита М. Рубио входила необходимость поглубже вовлечь эту страну в сферу американского влияния на Евразии. В свою очередь, это потребовало подлечить двусторонние отношения от разрушительных ударов, нанесенных им тарифной агрессией Д. Трампа и его заигрываниями с враждебным Пакистаном, дать внятное понимание будущности урегулирования кризиса в Персидском заливе, который помимо всего прочего угрожает устойчивому притоку углеводородов и энергобезопасности Индии. В разряд ключевых приоритетов также возведено придание импульса переговорам об индийско-американском соглашении о свободной торговле. Американцы изначально вели их в нажимном ключе, используя для давления перспективу дальнейшего взвинчивания тарифов, но лишились почвы под ногами после недавнего решения Верховного суда США, отказавшегося от поддержки торговых войн.

Кроме того, Вашингтон планировал при помощи индийцев приподнять в ходе министерской встречи в Нью-Дели авторитет Четырехстороннего диалога по безопасности (QUAD, входят США, Индия, Япония, Австралия), увядший ввиду снижения внимания Д. Трампа к этому формату, и выйти на проведение в текущем году его встречи в верхах. Расчет, таким образом, делался на то, чтобы оживить теряющую опору индо-тихоокеанскую политику администрации, поднажав тем самым на Пекин, который в ходе недавней поездки президента США оказал достойное сопротивление попыткам американцев диктовать свою волю и вернуться в моноцентричный мир.

Видимо, сообразно цели повышения тонуса отношений, поездка была насыщена встречами с индийским руководством, включая премьер-министра Н. Моди, секретаря Совета национальной безопасности А. Довала и министра иностранных дел С. Джайшанкара. Она изобиловала общением с прессой, тиражированием комплиментарных высказываний о первостепенной роли Индии во внешней политике США, а также многолюдными представительскими мероприятиями типа банкета в посольстве США, к которому эффектно подключился лично Д. Трамп (виртуально).

Касаясь субстантивной части переговоров и их результатов, М. Рубио рекламировал значимость двустороннего всеобъемлющего глобального стратегического партнерства Индии и США как двух государств, способных оказывать реальное воздействие на положение дел в различных уголках земного шара, в первую очередь в Индо-Тихоокеанском регионе, с целью сохранить его свободным и открытым от посягательств известных сил (читай: китайцев). Госсекретарь акцентировал общую демократическую природу американской и индийской государственности как очевидный водораздел, объединяющий две страны и отделяющий их от режимов иной политической традиции (намек на КНР и ее союзников понятен). Из этой общей природы вытекает отторжение сторонами терроризма во всех его формах. Из этого же источника происходит их нацеленность на обеспечение свободы судоходства в Тихом и Индийском океанах, где ни один морской маршрут не может быть, мол, приватизирован какой-либо одной державой (очевидный кивок на Ормузский пролив, Южно-Китайское море и даже Севморпуть). В кругу направлений практического сотрудничества, которые заняли видное место на переговорах, М. Рубио упомянул энергетику (включая поставки американских углеводородов и малых модульных атомных реакторов), оборонную сферу (подразумевается совместная разработка и производство вооружений) и регулирование оборота редкоземельных металлов.

Естественно, не был обойден вниманием и кризис в Персидском заливе. Обращаясь к Тегерану, госсекретарь потребовал безоговорочного отказа от оружейной ядерной программы и открытия Ормузского пролива на американских условиях. В атмосфере сопутствующей турбулентности на мировых энергетических рынках индийцам предлагаются американские возможности в части восполнения дефицита поставок углеводородов из Ирана и заливных монархий. Комментарии, как говорится, излишни.

Вряд ли в Нью-Дели не поняли американских намеков. Однако реакция была весьма дипломатичной. На утверждение М. Рубио о том, что Америка для Вашингтона превыше всего, С. Джайшанкар деликатно напомнил, что Индия для индийцев тоже может претендовать на аналогичное место. В разговоре с госсекретарем премьер-министр Н. Моди был лаконичен, не пошел на поводу конфликтной логики визитера и призвал к мирному политико-дипломатическому урегулированию конфликтов, хотя американец, если судить по сообщению Госдепартамента, был очень интрузивен и прямо навязывал собеседнику повестку Вашингтона, толковал о плотной кооперации в Индо-Тихоокеанском регионе в рамках QUAD. В свою очередь, С. Джайшанкар, подтвердив высокую значимость индийско-американских отношений, акцентировал их прагматические сферы: военное и военно-техническое сотрудничество, атомную энергетику, оборот редкоземельных металлов в контексте развития технологий искусственного интеллекта. С позиций верховенства национальных, а не чьих-либо еще интересов министр говорил о значении бесперебойного поступления в экономику Индии энергоносителей в рамках курса Нью-Дели на диверсификацию их источников. Упоминалось также о необходимости скорейшего заключения соглашения о свободной торговле и выводе товарооборота на уровень 500 млрд долл. к 2030 г. Однако успешное продвижение на этих направлениях С. Джайшанкар видит на основе строгого соблюдения пяти принципов: диалогового урегулирования кризисов, неукоснительного соблюдения международного права, отказа от вепонизации ресурсного обеспечения и распределения рыночных долей, обеспечения беспрепятственного и безопасного морского торгового сообщения, а также соблюдения ценностей партнерства и устойчивости цепочек поставок. Как представляется, эти принципы далеко не во всем соответствуют нынешней политической практике Вашингтона.

В результате по итогам визита М. Рубио формализован всего один документ второстепенной значимости – рамочная договоренность об обеспечении поставок и переработке редкоземельных металлов. Финал далеко не столь убедительный сопоставительно с шумихой, поднятой вокруг поездки.

Несколько более результативной была, судя по всему, министерская встреча QUAD 26 мая с.г. Видимо, сказалась групповая солидарность западников, активно зазывающих индийцев в свой лагерь. Стороны, по заявлению хозяев мероприятия, прошлись по международной повестке, включая Ближний Восток и европейский континент, затронули темы морской безопасности, чрезвычайного реагирования, оборота передовых технологий. Распространено совместное заявление с заметным антикитайским подтекстом. В нем пропагандируются преимущества индо-тихоокеанской интеграции. Ситуация же в Ормузском проливе, Южно-Китайском и Восточно-Китайском морях прописана с критических в отношении Пекина и Тегерана позиций. Под этим углом зрения анонсирован ряд договоренностей: запускается индо-тихоокеанская партнерская сеть наблюдения за морскими просторами, одобрены рамочные правила обращения с критическими минералами, инициатива по индо-тихоокеанской энергетической безопасности. Во взаимодействии с правительством Фиджи начата практическая реализация строительства целой серии «портов будущего». В то же время нет продвижения на направлении милитаризации группировки, под которой не подписываются в Нью-Дели. Индийцы передали председательство в структуре австралийцам. Ключевая тема созыва саммита не получила конкретного развития.

Характерно, что М. Рубио, затрагивая повестку QUAD, всячески превозносил союзный характер отношений в этой структуре, что, как известно, совсем не по нраву индийцам.

Естественно, первая реакция в Пекине на мероприятие сугубо отрицательная. Там подчеркнули, что сотрудничество в QUAD не должно быть направлено против третьих стран. Поэтому в КНР не поддерживают образования «закрытых клик» и раскручивания блоковой конфронтации.

Подводя итоги. Поездка М. Рубио достигла целей лишь отчасти. Удалось перезапустить двусторонние отношения с Нью-Дели, вернуть в них некоторую корректность, но восстановить в полной мере доверие и предсказуемость, очевидно, не получилось. Слишком серьезен урон, нанесенный кулачными методами Белого дома. Чтобы компенсировать его, потребуются время и конкретные действия. Вряд ли можно считать вполне удавшимся и сценарий министерской встречи QUAD. Повестка «четверки», действительно, пополнилась некоторыми практическими направлениями. Но магистральная цель – превращение формата в сплоченный отряд, способный снять с Вашингтона бремя военных расходов – осталась вне пределов досягаемости. То же самое можно сказать и о попытке администрации Д. Трампа разыграть Пекин против Нью-Дели, столкнуть их с другими игроками в Евразии, подорвав процесс складывания на континенте новой формулы безопасности. Недаром итоги вояжей американских визитеров по двум этим направлениям очень скромные. КНР и Индия, и это бесспорно, предпочитают оставаться в пределах правового пространства и полицентричного видения мира.

 Р. Петров – эксперт Научно-аналитического портала «Восточная трибуна»