Алжир пытается превратить свою многочисленную диаспору в ресурс национального развития и придает этой задаче институциональную форму – создает для этого отдельный государственный орган. Причиной такого решения стало стремление если не решить давнюю проблему утечки мозгов, то хотя бы снизить ее последствия. Сможет ли новая структура изменить ситуацию, зависит от того, удастся ли улучшить условия, выталкивающие специалистов из страны.

Совет министров под председательством президента Абдельмаджида Теббуна 21 июня с.г. одобрил создание Высшего совета национального научного сообщества за рубежом – консультативного органа при главе государства, наделенного финансовой и административной автономией. Совет должен объединить исследователей, преподавателей вузов, инженеров, врачей и экспертов алжирского происхождения, работающих за границей, и теснее связать их с национальными проектами. Среди приоритетных направлений названы промышленность, энергетика, цифровая сфера и прикладные исследования. А. Теббун обратился ко всем алжирским ученым мира с призывом участвовать в развитии страны и пообещал «широко открыть им двери», чтобы они работали бок о бок с коллегами внутри Алжира. По сообщениям алжирской прессы, орган будет состоять из «алжирских светил, известных по всему миру», однако его точный состав, число членов и сроки начала работы пока не названы. Решение было принято на том же заседании, где были одобрены создание Национального агентства археологии, запуск Национального портала цифровых услуг и финансирование первого участка железной дороги Лагуат – Гардая – Эль-Мения – все в общем русле объявленного курса на цифровизацию и развитие науки.

Интерес государства объясняется масштабом явления, хотя его оценки существенно расходятся. По данным проекта Diaspora Engagement Mapping, за рубежом проживает около 1,9 млн алжирцев (примерно 4,4% населения), тогда как другие источники называют цифры до 7 млн. Только во Франции на конец 2024 г. насчитывалось около 650 тыс. алжирцев с действующим видом на жительство. Около трех четвертей квалифицированных эмигрантов приходится именно на эту страну, причем преобладают среди них люди активного возраста – от 35 до 54 лет. Диаспора отличается высокой квалификацией. По данным французского Ордена врачей, на начало 2025 г. в реестре числилось около 7 тыс. медиков с алжирским дипломом: они составляли порядка 40% всех практикующих во Франции врачей, получивших образование за пределами Евросоюза, и занимали первое по численности место среди иностранных врачей страны.

У «человеческого капитала», который государство хочет мобилизовать, есть конкретные и широко известные представители. Самый известный из них – Элиас Зерхуни, уроженец Недромы, директор Национальных институтов здоровья США (NIH) в 2002–2008 гг. и впоследствии руководитель научных разработок фармацевтической компании Sanofi, известный своими работами в области медицинской визуализации. Иммунолог Ясмин Белкаид, изучавшая биохимию в Университете науки и технологии имени Хуари Бумедьена, с января 2024 г. возглавляет Институт Пастера в Париже. Карим Загиб – мировой специалист в области аккумуляторных технологий и возобновляемой энергетики, неоднократно заявлявший о готовности помочь Алжиру в осуществлении энергетического перехода. В этом же ряду – Нуреддин Меликечи, физик родом из Тении, участник марсианской программы НАСА и разработчик лазерных методов ранней диагностики рака; Юсеф Саад, заслуженный профессор информатики Университета Миннесоты и лауреат премии Джона фон Неймана 2023 г.; Бельгасем Хаба, инженер-электронщик, владеющий более чем полутора тысячами патентов в области микроэлектроники. Двое из них – Зерхуни и Загиб – прямо названы алжирскими СМИ в качестве примеров в связи с созданием Совета.

Однако та же диаспора является и оборотной стороной хронической проблемы. Алжир остается в нижней части международных рейтингов привлечения и удержания талантов. По Индексу глобальной конкурентоспособности талантов (GTCI) за 2025 г., который рассчитывают бизнес-школа INSEAD и Институт Портуланс, страна занимает 96-е место из 135 (девятое в Африке). Отток продолжается. Согласно исследованиям алжирского Центра прикладных экономических исследований для развития (CREAD), значительная часть выпускников вузов намерена эмигрировать, причем чаще других – обладатели научно-технических специальностей, уже имеющие работу. Особенно остро стоит вопрос с медицинскими кадрами. Летом 2024 г. власти даже приостановили признание медицинских дипломов, пытаясь сдержать выезд врачей за рубеж, – мера, которая, по признанию профильного министра, оттока не остановила.

Попытки переломить тенденцию предпринимались и раньше, и нынешний Совет – не первая из них. Еще в 2018 г. был создан Форум алжирских компетенций (FAC), проведший первую конференцию под лозунгом «Алжирские компетенции на службе нации». Уже тогда среди рекомендаций звучало предложение учредить национальный совет по научным исследованиям и новым технологиям. Действуют и диаспоральные ассоциации: сеть выпускников французских вузов и высших школ, объединения алжирских университетских кадров в Канаде и Великобритании. Исследования CREAD, проведенные совместно с бюро Международной организации труда (МОТ), еще несколькими годами ранее предлагали перейти «от утечки мозгов к мобильности компетенций».

Решению от 21 июня с.г. предшествовала серия шагов, связанных с научной диаспорой, – особенно заметны они были в последние недели. Консульство Алжира в Нью-Йорке провело 9 мая с.г. первую конференцию Алжирской биомедицинской сети, собравшую Зерхуни и других ученых-соотечественников для выстраивания постоянных научных связей и программ наставничества. Министр здравоохранения Мохамед Седдик Аит Мессаудене 11 июня с.г. принял Зерхуни в Алжире. В середине июня министр высшего образования и научных исследований Камаль Баддари встретился с алжирскими учеными в Оксфорде, где и анонсировал учреждение Совета, назвав его «связующим звеном с родиной». Тогда же он обозначил конкретные механизмы предстоящей работы: программы наставничества для молодых исследователей, совместное научное руководство диссертациями, общие исследовательские проекты и трансфер технологий между алжирскими лабораториями и зарубежными научными центрами.

Совет вписан и в более широкий контекст усилий по развитию науки, которые государство наращивает в последние годы. Государственный бюджет, выделяемый на научные исследования, вырос на 120% с 2020 г., достигнув около 135 млн долл. США. Число поданных патентных заявок за тот же период увеличилось с 200 до почти 1400. Закон о финансах на 2026 г. обязал крупные предприятия направлять на НИОКР не менее 1% прибыли. При этом страна ежегодно выпускает значительное число специалистов в области науки и инженерии. В международных рейтингах инноваций Алжир пока остается в нижней части: по Глобальному инновационному индексу Всемирной организации интеллектуальной собственности (ВОИС) он занимает 115-е место из 133.

Ставка на диаспору для Алжира не нова и встроена в общую логику последних лет, когда государство выстраивает систему управления наукой сверху, орган за органом. На технологическую диаспору опирается и национальная стратегия в области искусственного интеллекта, которой руководит работающий за рубежом Меруан Деббах. Призыв «оптимально использовать алжирские компетенции за рубежом» содержался еще в рамочном законе о научных исследованиях 2015 г. Новый совет доводит эту линию до создания отдельного института.

Создание Совета – заметный шаг, итог которого пока остается открытым. Опыт других стран показывает, что научная диаспора способна стать реальным ресурсом развития: именно связи с экспатами во многом способствовали технологическому подъему Индии и Китая. Вместе с тем, как отмечают наблюдатели, результат подобных инициатив зависит не только от самой структуры, но и от среды: финансирования исследований, условий работы и наличия устойчивых «мостов» между диаспорой и национальными институтами. Если Совет станет реально действующим каналом взаимодействия – через наставничество, совместное научное руководство и общие проекты, – он добавит еще один элемент к выстраиваемой в последние годы системе управления наукой и позволит задействовать компетенции диаспоры, в том числе дистанционно. При этом в самом решении речь идет именно о мобилизации и привлечении компетенций, а не об обязательном возвращении ученых, что в нынешних условиях выглядит реалистичной постановкой задачи. Насколько Совет окажется работоспособным, станет понятнее после того, как будут названы его состав и конкретные проекты.

Научно-аналитический портал "Восточная трибуна"